Би-Би с восторгом проснулся в настоящей жилой секции и с еще большим удовольствием позавтракал. Подождав, пока он насытится, я отправил его восвояси, велев заглянуть позже ко мне в контору. Он ушел счастливый.

Я ссыпал все свои «пуговицы» в карман и отправился в «трубу». По пути в «Бедеккер-Северный» я старался не думать о том, что меня ждет. Но в голове все равно всплывало слово «кастрация».

Женскому полу от меня уже давно не было проку, но теперь, без микросхемы в голове, я стану бесполезен и для самого себя. Говорят, правда, что после отключения мужчина может снова научиться иметь дело с женщинами. С прежним, конечно, не сравнить, но все-таки…

Некоторое время я слонялся вокруг «Бедеккер-Северного», чтобы убить время. Наконец мне надоело тянуть. Отсрочка ни к чему не приведет: решил - значит, действуй. Я вошел в помещение «НейроНекса» - и оказался в очереди.

Этого я не ожидал. Людей было довольно много, сотрудница филиала приглашала их по одному. Несколько минут в кабинете - и они выходили довольные. Можно было подумать, что они совершают там покупки. Но «пуговицы» можно было приобрести без лишних хлопот и, главное, конфиденциально с помощью торговых аппаратов у стены.

Лично мне тоже требовалась помощь.

– Вы одна ведете прием? - спросил я у сотрудницы через головы клиентов.

– Да, пока не придет Продавщица. - Она улыбнулась. - Раз в неделю мы разрешаем ей поспать подольше.

– Я пришел раньше вас, - напомнил мне худой потрепанный субъект, сидевший неподалеку.

– Никто не спорит.

– Смотрите, не забудьте, - сказал он хмуро. Наконец, в приемной не осталось никого, кроме меня и потрепанного. Он подошел к конторке.

– Я хочу кое-что сдать.

Сотрудница оглядела его с головы до ног. Рыжеволосая, пухленькая - настоящий ангелочек, правда, насупленный.

– Разве вы не были у нас неделю назад?

– Да, но…

– Никаких «но»! Перерыв не меньше двух недель. Вам это отлично известно. Увидимся через неделю.

Он ушел, пряча от меня глаза.

– Чем вам может помочь «НейроНекс»? - обратился ко мне ангелочек.

– Мне нужна операция. Это вызвало у нее интерес.

– В самом деле? Какая?

Я оглянулся, чтобы удостовериться, что приемная опустела. Такие вещи не принято афишировать.

– Хочу отсоединиться.

Ее синие глаза расширились.

– Неужели?

– А что, есть препятствия?

– Нет, разумеется. Просто вы не похожи на нашу типичную…

– Голову с «пуговицами»?

– Мы предпочитаем другой термин: прямая нейростимуляция.

– По-вашему, я должен походить на субъекта, которого вы только что выпроводили?

Она промолчала, затем заявила:

– Вам придется подписать стандартное заявление.

– Конечно.

Я был к этому готов. Люди из «НейроНекса» вставили мне в голову свою микросхему примерно через год после ухода Мэггс. Тогда мне тоже пришлось подписаться под заявлением, что я осведомлен обо всех возможных физических и психологических побочных явлениях, вызываемых наличием микросхемы в голове и освобождаю «НейроНекс» от всякой ответственности. Теперь им хотелось, чтобы я освободил их от ответственности за последствия противоположной манипуляции.

Валяйте!

Мы приступили к делу. После заявления мы стали обсуждать цену. Я знал, что торговаться бессмысленно, так как тариф устанавливает центральный офис фирмы, но все равно поупирался - для вида. Этим я, естественно, ничего не достиг, разве что умудрился зачесть в цену неиспользованные дорожки «пуговиц».