— Как дела? — Такой простой вопрос, но для него он был тяжёлым.

— Не так плохо, как могло быть. Пришёл в себя, опасность миновала, состояние стабильное, — коротко и ясно. Но раз всё хорошо, почему же его изумрудные глаза не горят, как это было раньше?

Его можно было понять: отец продолжал свои махинации даже после нескольких попыток сына его остановить. Никита был разбит, ведь в этот раз всё закончится не так, как раньше. Вероятность того, что Григорию Викторовичу удастся каким-то магическим образом или с помощью связей освободиться от уголовной ответственности, была очень мала. Кирьянов точно не допустит, чтобы кто-то так нагло пользовался своим положением в обществе, особенно если дело касалось преступлений, которые вёл лично он.

— До этого я ловил его на преступлениях дважды, — Никита сам заговорил о том, что было мне сейчас интересно. — В первый раз он дал взятку, чтобы открыть завод, а во второй обманывал дольщиков. Я пытался донести до него, что это нелегальный способ обогащения.

Кристина, сидящая рядом с нами, неотрывно рассматривала моего спутника и периодически улыбалась, будто догадываясь, что ждала я здесь именно этого парня. Никита не обращал на неё никакого внимания, всматриваясь в одну точку на белом потолке.

— Таких, как он, может остановить только решётка, — звучало грубо, но по-другому сказать было нельзя. — Мне жаль, Никит.

Тот ничего не ответил и молча накрыл мою ладонь своей. От этого действия Битникова и вовсе сошла с ума: заулыбалась во все тридцать два и нетерпеливо заёрзала на месте.

Я перевела на неё хмурый взгляд, пытаясь намекнуть, чтобы она либо перестала так показательно себя вести, либо и вовсе оставила нас наедине. Но у той были другие планы.

— Давно вы вместе? — Битникова никогда не отличалась хорошими манерами.

Фурманов тут же заметил присутствие моей подруги и взглянул на неё, удивлённо вытягивая лицо.

Он явно не ожидал её здесь увидеть. Парень сначала вопросительно взглянул на меня, а затем свёл брови к переносице, уже самостоятельно пытаясь понять, как девушка здесь оказалась. Он скользнул взглядом по ней и наткнулся на гипс.

— Так вот куда ты исчезла, — вывод пришёл сам по себе, и я обрадовалась, что, в отличие от многих, Никита умеет рассуждать.

— А почему вы игнорируете мой вопрос? — Кристине было совершенно всё равно, несмотря на то, что мы не особо хотели обсуждать с ней наши взаимоотношения, которые и для нас самих оставались пока нерешённым вопросом.

Никита молчал так же, как и я. Никто не осмеливался давать какие-либо комментарии из-за боязни сболтнуть лишнего. На данный момент описать наши отношения можно было только популярным статусом «всё сложно». То я отталкивала его, то притягивала к себе, после чего вновь пыталась закрыться из-за недоверия и отсутствия понимания его действий.

Но теперь я знала все его мотивы. Сомнений в том, что он преследовал в Забивалове благую цель, не было. Так что же сейчас мешало мне честно признаться, что ему удалось покорить моё сердце и я готова продолжить наше общение? Чаще всего меня интересовали кратковременные отношения, и я никогда не стеснялась показывать свои чувства мужчинам. Но тут было нечто особенное. Ни о какой семье речь не шла, однако попробовать остаться с кем-то дольше, чем на ночь, было интересно.

— Кажется, тебе уже пора на процедуры. — Я смотрела на Кристину так напряжённо, что она даже не стала спрашивать что-то ещё.

— Как обычно, одни тайны и секреты вокруг тебя. Надеюсь, ты ещё заглянешь меня навестить, — то ли обиженно, то ли всё ещё виновато проговорила девушка и двинулась в сторону своей палаты.