Он не улавливал ее внутреннего смятения, емму и в прошлом не удавалось отвелечься от своих чувств. Он обнимал ее с беззаботной наивностью и был счастлив. От него веяло чувственностью, которая, признаться, была заразительной. Эл невольно улыбнулась, вспомнив Кикху, как сложно сопротивляться его чарующему взгляду и сохранить равновесие, когда он пускает в ход эту грань силы. Тут они точно братья. Но осторожность заставляла Эл не отдаваться этому чувству.

 Она пришла домой с намерением отдохнуть, в его присутствии усталость как рукой сняло.

 - Трудно со мной? - спросила она.

 - Трудно без тебя, - задумчиво ответил он.

 - Что тебя терзает, Алик? Тебе необходим этот вопрос.

 В ответ он обнял ее за плечи и сильней прижал к себе. Его сердце опять застучало сильно и быстро.

 - Тогда будь милосердной, Эл. Не терзай меня. Одно твое слово, что ты не пойдешь в миры, и мне станет легче. Если ты любишь меня, откажись.

 Эл тяжело и шумно вздохнула. Ей захотелось стиснуть зубы.

 - Нет. Этого слова я не дам.

 Он подался назад, но она ухватилась за его талию и удержала.

 - Если ты оставишь меня, я пойму. Но тогда я точно погибну быстрей. Одной мне с этой мощью не справиться.

 - Что ты такое говоришь! Не смей так думать! Я никогда тебя не оставлю! Никогда! - он снова стиснул объятья так словно ее немедля отбирают у него.

 Эл зажала ему рот рукой.

 - Не клянись. Не нужно... Не нужно.

 - А я хочу клясться.

 - Жизнь так изменчива, любые обещания могут стать дымом.

 - Что ты там увидела в своем забытьи? Что такого, что ты возводишь стену между нами?

 - Это не так. Ты заблуждаешься. Нам необходимо время и пространство, чтобы осознать себя в новом качестве. И почему ты все время думаешь о своей потере? Почему ты не думаешь о том, что я тоже боюсь тебя потерять?

 Она подтвердила слова Ники.

 - Однажды ты уже оставила меня. В следующий раз я тебе этого не позволю. Либо позволь быть рядом, либо дай умереть. Я тебя уже терял. Не хочу больше.

 Эл молчала, и он не выдержал:

 - Не молчи, Эл. Не смей молчать.

 - Ну, успокойся, - она привстала на цыпочки и мягко провела губами по его щеке. - Что я могу тебе сказать? Обманывать не могу. Не могу сказать то, что ты желаешь услышать. У нас мало времени, Алик. Придется с этим научиться жить.

 - Я не буду защищать твои миры. Они мне не нужны. Я буду сражаться за тебя. За тебя. Я тебя им не отдам.

 Эл ощутила, как события видения проявляются здесь. Ей осталось только сжаться в комок в его объятьях и самой смириться с тем, как прошлое стремительно настигает их.

 Он не хотел успокаиваться, не выдержал и выплеснул на нее все свои переживания, накопившуюся тоску, обиду. Они едва не поссорились. Он был очень взвинчен и Эл благоразумно отсупила, обещания таки не дала.

Глава 3

 Оля обнаружила их утром в маленьком дворике. Вдвоем. Эл сидела на полукруглой массивной скамье с мраморной спинкой, на которой был рельеф с грифонами. Она опиралась спиной так, что один из грифонов словно касался ее плеча. Туника ее была перепачкана землей.