— «Что-то препятствует изучению меня?».

— «Твоя форма. Невозможно подобающе изучить спрессованный клубок нитей. Ты — такой клубок. Видна поверхность, но не внутренности». — А вот это уже похоже на правду, так как разум человека, — и меня тоже, — имеет довольно чёткую структуру, вглубь которой заглянуть может только тот, кто этой структурой и является. Изучить содержимое разума в таком случае можно, но не заглянуть в суть того, чем он является. Из этого же следует, что разум моего собеседника другой…

И я, внутренне содрогаясь от частички чужого и раздутого в свой спроецированного страха, всё таки не смог противиться любопытству.

— «Я бы хотел взглянуть на то, как выглядит ваш разум…».

Глава 20

Песчинка в океане

— «Я бы хотел взглянуть на то, как выглядит ваш разум». — Вопрос наглый, почти на грани фола, ибо даже среди телепатов-псионов разум является чем-то сокровенным. Просто так могут продемонстрировать максимум его внешнюю часть, или «предбанник», создаваемый для установления телепатического контакта с кем-либо. Я же вложил в мыслеобраз желание узреть нечто большее.

Потому что это было очень важно для меня лично — понять, чем же на самом деле я могу стать, и чего лишаюсь, поддерживая связь с мозгом-дублёром.

— «Похвальное стремление. Правильное, но опасное». — Я бы вздёрнул бровь, если бы в этом был хоть какой-то смысл. — «Не всё ограниченный разум может осознать. Но ты можешь попробовать: мы проконтролируем, чтобы наблюдаемая картина не была во вред тебе».

Страх. Опаска. Крик извечной паранойи, которую нельзя было заставить кому-то доверять даже в малом. Её конфликт с логикой, согласно которой я для Гостя — почти что гусеница на дороге у человека. Насекомое можно раздавить, если наскучит, а можно понаблюдать за ним, если оно тебе интересно.

Я же был интересен Гостю, в чём он сам признался. Или, всё же, стоит называть его как есть — они? Решу после того, как взгляну на его разум.

Приоткрывшись ещё сильнее, я провалился в телепатический омут, отведя под это как бы не половину мощностей своего разума. Не сразу, но моё восприятие начало, наконец, подстраиваться и адаптироваться, в какой-то момент дав, так скажем, «картинку».

Хаос. Пожалуй, только так можно было всеобъемлюще описать то, что я «видел». Мой разум изначально выстраивал наравне с сугубо телепатическими ощущениями визуальные образы чужих разумов, но здесь этот метод… не дал сбой, конечно, но не привносил особой ясности. Я не то, что не мог сказать, какие черты характера преобладают у Гостя, или на каком фундаменте сформирована его личность, нет.

Я даже не мог точно сказать, что вижу именно чей-то разум, а не искусно сплетённую иллюзию или просто что-то другое. И попытки вглядеться и осознать отзывались не самыми лучшими ощущениями. Словно в бутылочное горлышко я пытался впихнуть нечто несоразмерно большее, при этом отчего-то ощущая, что ещё немного — и оно пролезет. Вот только единственным результатом могли стать необратимые повреждения «бутылки»…

Не об этом ли предупреждал Гость, и я действительно слишком примитивен для того, чтобы хотя бы в малом осознать форму жизни, расположенную на другом уровне. Это было даже хуже, чем если бы тому, старому мне всучили чертёж какого-нибудь жутко сложного здания, и потребовали за пять минут понять, как и что там устроено.

Бесспорно, на листе бумаги можно отразить сложный трёхмерный объект, но вот с восприятием его у большинства будут проблемы.