— Верно. Прямо сейчас Он берёт ноосферу под контроль, и, соответственно, вскоре сможет одним волевым усилием выжечь разумы каждого человека на планете. Как могла и ноосфера, но не считала нужным.

Алексей Второй вздрогнул, а спустя секунду — поймал спокойный, даже равнодушный взгляд Не-Геслера, который всё ещё «отходил» от бытия чем-то несравнимо большим, нежели человек.

— Есть способ отрезать себя от ноосферы?

— Ты — сможешь. Остальные… — Лжебог покачал головой. — … едва ли. Они просто не выдержат последствий отделения разума от ноосферы, которая в значительной мере интегрирована с каждым человеком.

Император едва заметно поджал губы:

— И чем чревато это «отделение»?

— Деградация когнитивных способностей, снижение эмпатического восприятия, проблемы с психикой. Опытный телепат, контролирующий свой разум, справится со всеми проблемами, но полностью от последствий это его не избавит. — Не-Геслер повернул голову, вперив взгляд в ворвавшегося в зал цесаревича Владимира. — Ноосфера, Император, существует с тех самых пор, как вспыхнула первая искра человеческого разума. Она шла рука об руку с человечеством, и стала неотъемлемой его частью. Ментальные проблемы исследователей, посещающих «ту сторону» разлома, связаны именно с временным оставлением привычной среды, потерей связи с ноосферой.

— Ты можешь его впустить? — Алексей Второй кивнул на сына, который прямо сейчас, казалось, ощупывал некую невидимую преграду перед собой. — Вы ведь были дружны, верно? И если я погибну, именно ему перейдут бразды правления Российской Империей. Он должен быть в курсе происходящего, Артур.

— Если ты считаешь это необходимым. — Не-Геслер кивнул, и Владимир в ту же секунду как бы провалился на «их» сторону.

— Отец! Артур?.. — Он вскочил на ноги, переводя взгляд с Императора на Лжебога и обратно.

— Не суетись, Владимир. Стой и слушай. — Строгим, с отчётливой прохладцей голосом произнёс мужчина. — Благодарю, Артур. Значит, ты утверждаешь, что это ноосфере мы обязаны псионическим способностям и приближающемуся апокалипсису?

— Корректно. — Не-Геслер кивнул. — Ноосфера стремится расшириться, эволюционировать. Для этого ей нужно не просто увеличить число разумов на планете, но и вывести их на качественно иной уровень. Это инстинктивное стремление любой ноосферы. И псионика как способность стала «стандартом» для ноосфер на множестве миров, погубив их в итоге. Разломы ведут на планеты, пережившие такие «апокалипсисы». Разумная жизнь на них практически сгинула, но, при желании, там можно нащупать разлагающиеся «трупы» местных ноосфер. Это факт, не предположение.

— Единственный способ остановить это — уничтожить человечество?

Услышавший это Владимир вздрогнул, а глаза его широко распахнулись.

— По Его мнению — да. Но Он властен только над Землёй, Император. Пока что — только над ней. Пройдёт много времени, прежде чем это изменится… и к этому моменту человечество сгинет естественным образом, не выдержав существования в условиях высочайшей концентрации Пси.

— Он ведь продумал все возможные варианты, да?.. — Спокойствию мужчины могла бы позавидовать даже монолитная скала.

— Куда больше вариантов, чем ты можешь себе представить.

— И тем не менее, он дал тебе возможность попробовать.

Владимир переводил взгляд с отца на друга, понимая слова, но едва осознавая смысл сказанного. Для него всё это звучало дико, но он был вынужден принимать всё услышанное на веру и запоминать, чтобы в дальнейшем как следует это обдумать.