— Кот! — окликнула меня Джули.

 Я не мог сказать, что она чувствует, но на секунду ее губы приняли слабое подобие улыбки. Она не смотрела на меня, когда я вновь подошел к ней, и сказала:

 — У тебя движения танцовщика. Ты очень быстр и изящен.

 — Я? — Она застала меня врасплох. — Наверное, оттого, что мне все время в жизни приходится как по канату ходить. — Я сунул руки в карманы. Первый раз за всю мою жизнь кто-то удосужился сказать обо мне доброе слово! — Что это? — кивнул я в сторону дисплея. На пустом ярком экране были напечатаны три буквы.

 — Это твое имя.

 Я прикоснулся рукой к экрану.

 — Мое имя?

 Она кивнула, обводя буквы указкой и называя их:

 — К-О-Т, получается Кот.

 Я повторил звуки за ней.

 — Эти буквы я видел раньше.

 Джули вновь кивнула. Внезапно эти буквы приобрели для меня значение. Я протянул руку, забрал указку у Джули и дотронулся ею до экрана, оставив на нем яркое пятно.

 В это время в комнату вошли, я почувствовал это прежде, чем увидел вошедших. Это были Зибелинг и службисты. Я отпрянул от экрана, бросил указку, судорожно ища глазами второй выход… Джули схватила меня за рукав:

 — Успокойся, это пришли за мной.

 — За тобой?

 Я увидел, что униформа на службисте не принадлежала ФТУ и имела знаки отличия одного из синдикатов.

 — Джули, у тебя неприятности?

 Она не ответила. Зибелинг подошел к нам, оставив службиста у двери. У Джули при виде Зибелинга всегда появлялась улыбка, однако сейчас ее лицо было застывшим и бледным, и мысли ее были темны, как ночь.

 — Джули, с тобой хотят поговорить, — произнес Зибелинг.

 Она кивнула, не поднимая головы:

 — Знаю, Ардан, и не хочу его видеть. Пожалуйста, пусть он уйдет… — Она стала кусать ноготь.

 — Я думаю, тебе все-таки лучше поговорить с ним. — Спокойный голос Зибелинга прозвучал как приказ. — Джули, ты не сказала мне, что ты…

 Она схватила указку и сунула ее мне в руку.

 — Держи, — прошептала она, — тренируйся.

 Затем она направилась к службисту, сложив на груди руки и обхватив локти.

 Она пыталась сдержать волнение, но я чувствовал его, как электрический ток.

 — Что ему нужно? Ее что, хотят арестовать?

 Зибелинг посмотрел на меня так, как будто я оскорбил ее.

 — Разумеется нет. Он привез весточку от ее семьи.

 — Ее семьи? — Джули всегда выглядела настолько одинокой, что эта новость очень удивила меня: я думал, она так же одинока, как и я. Зибелинг был единственным человеком, кроме меня, с которым она общалась. Их объединяло взаимное чувство, и для всех это было очевидным, хотя оба пытались скрыть его.

 Нелегко держать секрет перед целой командой псионов, к тому же Джули только обучалась умению скрывать свои мысли и чувства. С таким же успехом она могла сделать их всеобщим достоянием. То, что у нее связь с Зибелингом, было ее личным делом, но меня поражало, что могла найти в Зибелинге такая женщина, как она.

 — Они прислали к ней службиста? Что за форма?

 — Транспорт Созвездия Центавра — это синдикат, занимающийся перевозками, самый большой и один из старейших. Семье Минг принадлежит контрольный пакет акций этого синдиката. Ее семья… — Слова Зибелинга, окрашенные моим удивлением, заняли все мои мысли.