— Удачи тебе. Кот.

 — Тебе тоже, — прошептал я. И они пропали.

 Мы оказались в другой пещере, которая служила гидранам чем-то вроде конференц-зала, несмотря на отсутствие окон и дверей. У меня кружилась голова, я был совершенно растерян, боль в животе нарастала. Тем не менее, я обратил внимание на то, что обстановка не соответствовала виду пещеры: это была какая-то незнакомая аппаратура, которую моя человеческая половина оценила как высокую технологию.

 В другом конце комнаты кто-то появился. Вначале мне показалось, что это — еще одно видение: вошедшие были похожи на людей. Я протер глаза, но люди не исчезли — они стояли в дальнем углу. С ними был гидран, но люди не походили на пленников. Я насчитал троих, они перешептывались, указывая на меня. Посмотрев на свои руки, я попытался крикнуть:

 — Я человек!

 Однако, похоже, моего крика никто не слышал. Гидраны, пришедшие со мной, сообщили:

 — (Это тот, кого они ожидали, обещанный свыше, ключ и отгадка. У меня истинный Дар, и на мне лежит Знак. Я счастливо добрался до места назначения. Теперь они могут выполнить свои обещания…)

 В этой мысли ощущалась напряженность. Затем кто-то еще стал проникать в мое сознание, это был человек. Я не сопротивлялся, и испытывающий луч исчез столь же быстро, как и появился.

 — (Да, это он. Мы благодарим вас. Теперь все будет так, как мы обещали.) С гидранами разговаривал тот самый человек, который протестировал меня.

 Сильная судорога прошла по моим внутренностям, и я перегнулся пополам. Один из гидранов железной хваткой вцепился мне в руку.

 — (Все нормально. Отпустите меня.)

 Хватка ослабла, и я медленно выпрямился, держась руками за живот. Человек, который вел переговоры с гидранами, спросил, в чем дело.

 Люди приблизились к нам. Теперь я мог разглядеть лица, но видел лишь одно — лицо Зибелинга. Мне вдруг все стало ясно. Псионы-гидраны, наводящие ужас на людей в Туманности Рака, установили контакт с Институтом Сакаффа. И вот делегация института прибыла сюда. А с ними явился Зибелинг, по милости которого я прошел через все это. Мне захотелось рассказать им, кто такой Зибелинг на самом деле, отплатить ему немедленно. Но я лишился дара речи и не смог даже сформулировать свои мысли. Последним отблеском покидающего меня сознания я уловил, что падаю на руки Зибелинга.

 Глава 9

 Я не мог прийти в себя очень долгое время. Бесчисленные видения являлись мне, пока измученное тело медленно восстанавливалось после пережитого. Сознание отключилось из-за немощной плоти, в плену которой оно находилось, однако какая-то его часть продолжала функционировать.

 Передо мной проносилась страшная черная вселенная, порождая вереницу образов и воспоминаний, вспыхивающих, как угольки в тлеющем костре. Моя жизнь прокручивалась цепочкой обрывков и эпизодов — говорят, так обычно бывает перед смертью. Я чувствовал, как включаются и выключаются цепи нейронов, как бежит по сосудам кровь, как посылается информация, определяющая химические процессы в клетках, как возникает напряжение, необходимое для жизни мозга… И всем этим был я. Я ощущал потребности организма, я пестовал его, принимая участие в своем исцелении в такой форме, которую раньше не мог даже вообразить.

 Или все это снилось мне? А может быть, сны были порождены ритмами вселенной, движением ее великого океана? Я утонул в нем, когда гидраны отняли мой разум, и родился вновь. Я почувствовал прелесть их открытости, их общения без тайн и барьеров, уничтоженных во имя коллективной силы объединенных жизней.

 Мое существо жаждало вновь окунуться в это общение. Я продвигался дальше и глубже, пытаясь отыскать в прошлом какое-то указание, знак — отчаянно взывая к неизведанному.