Вернувшись в Париж из Букаву первым, Ру дал несколько интервью, в которых рассказывал о собственных подвигах, боевом ранении и желании вновь вернуться, чтобы возглавить отряды своих людей. Поражение в Дилоло, когда подлечившийся Денар предпринял неудачно спланированное вторжение в Конго с юга, из Анголы, в качестве отвлекающего маневра, чтобы оттянуть силы от защитников Букаву, и последовавшая отставка бывшего командира Шестого полка создали у Ру впечатление, что теперь у него есть все основания, чтобы претендовать на роль лидера французских наемников. В Конго он не брезговал махинациями и смог отложить порядочную сумму.

С деньгами ему не составило труда создать себе репутацию среди завсегдатаев баров и уличных бродяг, которые не прочь выдать себя за наемников, и он даже мог рассчитывать на определенную преданность с их стороны, правда, купленную за деньги.

Анри Алэн был одним из них, так же как и следующий гость Ру, который явился по звонку. Он тоже был наемником, по несколько другого рода. Раймон Томар был убийцей по призванию и по профессии. Он однажды побывал в Конго, скрываясь от полиции, и Ру уже использовал его для мокрых дел. За умеренную плату, ошибочно полагая, что имеет дело с крупным боссом, Томар был предан Ру, насколько можно быть преданным за деньги.

– У меня есть для тебя работенка, – сказал ему Ру. – Контракт тянет на пять тысяч долларов. Интересное предложение?

Томар осклабился.

– Еще бы, патрон. Кто этот фраер, которого надо замочить?

– Кот Шеннон.

Лицо Томара вытянулось. Ру продолжил, не дав ему возможности ответить.

– Я знаю, что он хорош. Но ты лучше. Кроме того, он ни о чем не догадывается. Тебе сообщат его адрес, когда он в следующий раз объявится в Париже. Дождешься, пока выйдет на улицу, а там действуй по своему усмотрению. Он знает тебя в лицо?

Томар отрицательно покачал головой.

– Мы никогда не встречались.

Ру похлопал его по спине.

– Тогда тебе не о чем беспокоиться. Будь на связи. Я сообщу, когда и где ты сможешь его найти.

Глава 10

Письмо, посланное Саймоном Эндином во вторник вечером, прибыло в цюрихский Хендельсбанк утром в четверг. В соответствии с содержащимся там распоряжением банк перевел по телексу 10000 фунтов на счет мистера Кейта Брауна в Кредитбанке города Брюгге. К полудню мистер Гуссенс получил телекс и отослал 6000 фунтов на счет мистера Брауна в лондонском Вест Энде. Около четырех часов дня Шеннон позвонил в свой банк и узнал, что деньги прибыли. Он попросил управляющего подготовить ему к выдаче сумму в 3500 фунтов наличными на следующее утро. Ему сказали, что он сможет прийти за деньгами к половине двенадцатого.

Тем же утром, в десятом часу, Мартин Торп появился в кабинете сэра Джеймса Мэнсона с отчетом о результатах своей работы за период с прошлой субботы.

Они вдвоем прошлись по пунктам короткого списка, изучая фотокопии документов, полученных в «Компаниз Хауз» во вторник и в среду. Когда они закончили, Мэнсон откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.

– Несомненно ты прав, по поводу «Бормака», Мартин, – сказал он. – Но почему же, черт возьми, никто до сих пор не обработал главного акционера на предмет продажи акций?

Этот самый вопрос задавал себе Мартин Торп весь предыдущий день и ночь.

«Бормак Трейдинг Компани Лимитед» была образована в 1904 году для использования продукции нескольких обширных каучуковых плантаций, созданных в последние годы предыдущего века на основе эксплуатации рабского труда китайских наемных рабочих.

Владельцем плантаций был предприимчивый и жестокий шотландец по имени Иэн Макаллистер, позже, в 1921 году, ставший сэром Иэном Макаллистером, а плантации находились на Борнео, откуда и возникло название компании.