— Я видела твою афишу! — воскликнула Мэй.

— Да, я пользовался популярностью, — небрежно кивнул Тыквер, но тут же озабоченно подпер подбородок кулаком. — А сколько ты видела? Я там хорошо получился?

— Тыквер, про остальных…

Призрак выпрямился:

— Да. В общем, выяснилось, что Люциус теперь тоже там, в городе, и Беатрис с Фабио. Изабеллу они оставили в Селении, там безопаснее. Наверное, им наскучило прозябать без дела среди неупокоенных. Мы сняли мансарду на четверых в Сиянти. Беатрис занялась рукоделием и штопкой, Фабио просиживал дни напролет в кофейнях и оттачивал поэтический талант, а Люциус… Люциус в основном развлекался тем, что засовывал наши подштанники в морозилку. А потом… — Тыквер затравленно забегал глазами.

— Что потом, Тыквер?

Он уставился вдаль невидящим взглядом:

— Потом пришли темные духи. С каждым днем их становилось все больше и больше. Хватали всех подряд, заковывали в кандалы и уводили. Вместо милых лавочек отгрохали сетевые супермаркеты — мерзкие, безликие, однотипные. — Он покачал головой. — К тому же забитые всякой дешевой дрянью. — Глаза его на секунду затуманились. — Мы сбежали в Белль Морт, но Усика там уже не было. — У Тыквера задрожали губы. — Пропал неизвестно куда. Я написал тебе тайное послание на пыли, на случай, если ты вдруг вернешься. — Он отвел взгляд. — И мы отправились на север. Но до этого…

— Что?

— Я с ним повстречался. С Бо Кливилом. То есть вот прямо лицом к лицу. Не так, как в Южном местечке. Он пришел понаблюдать, как идет поимка призраков. Врагу не пожелаю оказаться с ним рядом. Ни за что! Словно в черную дыру заглянул.

Мэй поняла, что он имеет в виду. Ей на встречи с Кливилом «везло» куда чаще, чем любому другому духу. И она тоже надеялась больше никогда с ним не видеться.

— Как раз тогда Люциусу пришла в голову мысль, — продолжил Тыквер.

— Какая мысль?

— Пробраться в Центр исследования живых в Огненной Вилке. Парень в свое время начитался сказок про призраков и кое-что почерпнул. В общем, он оказался прав. У них нашелся экспериментальный межизмеренческий телефон. — Мэй почувствовала, как зашевелились волосы на затылке. — Мы пытались дозвониться тебе и позвать на помощь.

— Да! — закричала Мэй. — У вас получилось, я вас слышала! Мама сказала, что это на линии неполадки, а я…

Тыквер скорбно кивнул. И тут до Мэй дошло.

— Но, Тыквер, звонок ведь был всего пару недель назад! Где же остальные? Они с тобой жили?

— Нас засекли на выходе из исследовательского центра, — прошептал призрак едва слышно, уткнувшись взглядом в пол. — Гули. Мы разбежались, но всех остальных схватили. Я единственный спасся. — Тыквер сгорбился, словно пытаясь стать как можно меньше и незаметнее. — Они за мной даже не гнались. Я ведь всего лишь домовой, чего меня бояться…

У Мэй защемило сердце от жалости к Тыкверу. Он сидел в своем пираньевом кресле, такой щуплый и безобидный. Домовые в Навсегда числились самыми никчемными из призраков — ни на что больше не годными, кроме домашней работы.

— Но я за ними проследил. Правда, толку от моей слежки… Видел, как гули погрузили всех на корабль в морском порту и уплыли. Курсом на северо-восток. Туда вроде бы всех пленных свозят. Наверное, теперь они уже в тысячах миль от берега.