Потом разборка с соседними группами, из-за очереди в столовую или ту же душевую. Да и просто так, для проверки твоего духа и умения махать кулаками.

Со своим потоком немного разобрался, стал уже каким-то авторитетом, побив двоих или троих пацанов в одни ворота.

Тогда приходит время сплоченных уже компаний со второго курса, которые хотят пощипать тебя и твоих друзей на предмет мелочишки и еще каких ништячков, которые узрит жадный глаз великовозрастных недорослей, считающих себя какими-то местными старослужащими.

Если собрал уже ребят в команду, они прикрыли тебе спину, а ты сам оказался молодцом и провел ударную минуту на голых кулаках, завалил пару самых активных вымогателей, тогда кончается и этот этап вписки в общажную жизнь путяги.

Второй курс жалуется третьему и усердно работает по ушам новичкам, что там такие уже страшные люди собрались, на которых даже смотреть нельзя без искреннего содрогания.

Тогда приходится договариваться как-то со старшаками разными способами, всех точно не перебьешь.

То есть, за неделю активных боев ты завоевываешь какое-то приличное место в пищевой цепочке фазанки. Дерешься несколько раз для этого, выслушиваешь много всяких угроз и грозишь сам, намекая, что память у тебя хорошая, а руки длинные.

Здесь же, в общежитии, все сразу поставлено на карту.

Эффектно срубаешь кабана-переростка смачным ударом и все, больше никому ничего не требуется доказывать. Впрочем, в случае ничьей тоже все неплохо.

Можно даже проиграть в суровой битве, главное не плакать, не звать маму или коменданта общаги и не грозиться милицией.

Показал боевой характер и хоть пару раз попал по морде противнику — уже достойный уровень сопротивления местному авторитету и заслуживает кое-какого уважения.

Мы заходим в помещение кухни, где пара парней уже что-то готовят на убитых сковородках. Осмотрев площадь, я решил, что места для драки вполне достаточно, метра три на четыре свободного пространства есть.

Рябой занял собой середину кухни и сразу же позвал меня к себе пальцем. Мол, подходи и узнавай истину в последнем поколении, что это моя девушка и смотреть в ее сторону сурово запрещено.

— Начну все равно первым, — подумал я и подошел на метр к нему.

— Короче, ты серьезно провинился, новенький. Теперь должен извиниться передо мной и пообещать, что со Светкой никогда не будешь разговаривать, — такой довольно незамысловатый наезд в мою сторону.

— А то что? — решаю я поинтересоваться наглым тоном, вижу, как сужаются и так поросячьи глаза парня, как он складывает медленно кулаки и немного наклоняется ко мне всей верхней половиной тела.

— Сейчас бросится, — понимаю я, сокращаю дистанцию и незамысловато кидаю кроссом левую руку. Рябой на рефлексе пытается отдернуть свою голову, кулак сверху вниз прилетает в откляченный подбородок.

Как-то на Думской я так уронил наглого крикуна, громко оравшего, что он чемпион Тихоокеанского флота по боксу и нагло лезшего в бар, с одного такого кросса.

— Не хрен флот позорить, — сказал подбежавшим на помощь парням, — Да и не боксер оказался, просто трепло.

Потом добродушные южные таксисты только поднимали его на ноги минут пять, так и увели куда-то не пришедшим полностью в себя.

Название такое — кросс, пусть и не огибает в моем случае руку соперника, потому что он ее не выкидывает. Однако, так же, как и бег по пересеченной местности, сначала рука летит вверх, потом поворачивает вниз и хорошо попадает по голове.

В школьниках сам не владел таким хитрым ударом, потом, уже в училище научили парни на тренировках, серьезные такие мастера со Светланы.

Ну, и здесь я его усердно потренировал на грушах.

Я могу и так забить здоровенного жлоба, просто не давая ему опомниться от ударов.