Такси в нашем районе ловить бессмысленно, только, если случайно кто заедет.

Я даже попробовал, чтобы проверить, пару раз с телефона, висящего на входе в общагу, заказать на утро такси и обломался на этом деле.

Или все время занято, или говорят, что район не наш, или ничего не говорят, просто кладут трубку, когда слышат мой молодой голос и район, куда требуется приехать.

Такси и денег то не так много бы стоило, хватило бы и трешки на проезд с чаевыми, ну, четырех рублей точно, однако, понтануться и подвести уже немного знакомых девушек из моей группы не получается.

Вот, вроде, все вполне нормально для человека будущего в этом моем опыте с обучением в ПТУ — общага приличная, размещение по четыре человека в комнате, у нас вон до сих пор всего трое живут. Это вам не четыре года прожить ста двадцатью рылами в одном помещении. Все, что выглядит ужасным и не красивым здесь, это посуда и еще сантехника. Ну, с посудой вопрос можно решить самому, со страшненькими унитазами дело обстоит уже не так просто, зато, вода горячая есть постоянно.

А это такой цимес, который можно оценить, только, если пять лет моешься или холодной или ледяной, в зависимости от того, что за окном.

В кузнице кадров для военно-морского флота почти все мои однокашники видели горячую воду только при посещении бани. И еще, когда несли службу на камбузе в наряде. В спорткомплексе, слава богу, горячую воду подавали в душевой, пусть и в определенное время, можно было помыться с удовольствием, пусть и спеша, пока парни из взвода занимались утренней уборкой приданных помещений.

Самый, конечно, эпический случай с помывкой в моей жизни произошел на том же чертовом учебном корабле «Перекоп», когда один раз за месяц нам предложили сходить в баню. Небольшое помещение корабельной помывочной набилось сотней голых парней с мочалками и мылом в руках, сначала мы долго смотрели на душевые соски, слушали хрипы, доносящиеся из их узких горловин, потом оттуда полилась вода, быстро прекратившаяся в настоящий кипяток.

Ничего, мы только обрадовались, спешно намыливаясь и ловя руками горячие струи. После примерно двух минут пролива вода закончилась, и мы всей толпой, в пене по шеи, ждали еще полчаса, только, она так и не вернулась к нам обратно.

Не вернулась никогда.

Вытерли пену полотенцами и разошлись по каютам и гальюнам, смывать остатки мыла холодной водой и матерно ругать за такую помывку командование корабля.

Кормят в нашей столовой на твердую четверку, не жалеют хороших продуктов для будущего гегемона и пролетариата, декларируемого теоретического владельца заводов и фабрик. Учеба уже понятно, что гораздо легче той же школьной, преподы просто начитывают материал и не спешат проверять его усвоение. Понимают, что заставить учить хоть немного серьезно нас не могут, за неуспеваемость из путяги не отчисляют, это уже всем известно, только за прогулы и прочее хулиганство.

Однако, этот путь на учебу с раннего утра и возвращение обратно серьезно мне мешают радоваться жизни и заставляют напряженно думать:

— А зачем мне вообще требуется ходить в это училище? И просирать мое драгоценное время первого месяца осени?

Мы уже посетили родственный и основополагающий комбинат «Красный Пекарь», я все подробно рассмотрел во время продолжительной, очень подробной экскурсии по цехам и еще раз признал, что точно не хочу становиться ни в коем разе дипломированным пекарем-кондитером.

В этом решении нет ничего нового, я и раньше не собирался заканчивать училище.

Собирался перекантоваться в тепличных условиях какое-то время, хотя бы до получения паспорта, чтобы потом уже с чистой совестью устраиваться на работу.

Устраиваться и двигаться по взрослой жизни, как могу и так, как должен.

Однако, эта неполная неделя транспортного треша привела меня к глубоким раздумьям насчет того, чтобы плюнуть на общежитие и найти себе жилье поблизости.