— Игорь, поможем девушкам? — обрадованно спрашивает Олег.

Хочет парень поближе познакомиться с девчонками, наладить отношения и показать себя надежным мужчиной — вполне нормальное желание.

Еще бы я отказался помочь, потом никогда от клейма неисправимого мудака не отмоешься. Только, эти танцы не на один вечер, в этом я уверен. У девчонок найдется очень много всего, чего стоит починить и не все мы сможем сделать сегодня, да еще без дополнительных покупок тех же шурупов или гвоздей.

— Почему бы и не помочь нашим товарищам! — заулыбался я, — Если они покормят нас хорошим ужином!

— Ужин будет! — хором сказали девушки и, разобрав инструменты, мы вышли из комнаты. Я прихватил с собой спортивную сумку с документами на всякий случай и лично закрыл дверь ключом.

Есть тут у меня один недоброжелатель, уже часа три как завелся, поэтому, стоит подумать о сохранности вещей в комнате. Тем более, я успел переодеться в домашнюю одежду и тапочки, оставив фирменные кроссовки и футболку в комнате.

Да, список всяких заданий у наших сокурсниц очень велик, как я вижу при предварительном осмотре. Сегодня мы точно не успеем решить большую часть проблем, мы даже не доберемся до одной десятой этой несметной горы всяких недоработок и разрушений, как я понял, выслушав представительниц первой по списку комнаты.

Я прошу каждую комнату оформить заявки на отдельном листе и принести нам через пять минут с номерами комнат. Девушки уже успели убедиться, что требуется вкрутить, усилить или просто подтянуть, основные проблемы касаются поголовно разваливающейся мебели и шатающихся кроватей.

Потом мы два часа трудимся, не разгибаясь.

Крутим, завинчиваем и крепим тумбочки, столы, кровати и шкафы со стульями вместе.

За это время наши девчонки нажарили кучу картошки, нарезали розового сала и приготовили нам шикарный салат из квашенной капусты с луком и очень пахучим подсолнечным маслом.

Объелись мы с парнями знатно, потом еще поработали часа три и отправились на свой этаж.

— Остальное доделаем не спеша, у нас шурупы и гвозди уже закончились, завтра купим и снова к вам придем, — обещаю я девочкам, забрав у них около тридцати листков со списками, что требуется отремонтировать.

Объем работ титанический, впрочем, я сильно не переживаю, что сможем, то и сделаем. Рано или поздно, или никогда.

На следующее утро мы просыпаемся со всеми, по всей общаге звенят будильники и дежурные по этажу стучатся в двери.

Позавтракать мы не успеваем, нет еще необходимой сноровки. Да и той же посуды нет, чайники все уже разобраны. После незабываемой поездки в забитом наглухо трамвае плотной толпой вываливаемся на станции метро, спускаемся в подземку, в такие же переполненные народом вагоны, потом торопливо шагаем по очень знакомому мне маршруту.

На каком-то автомате я даже сворачиваю в сторону голубых ворот, однако, быстро прихожу в себя и иду за остальными в свою новую альма-матер.

Теперь я не бравый курсант в военной форме, возвращаюсь из увольнения, а по совсем гражданской форме одежды спешу учиться, чтобы стать рабочим классом.

В столовой радует горячий завтрак и жизнь немного начинает играть красками. Настроение не портит линейка по случаю начала нового учебного года, развеваются красные знамена на флагштоках, играет музыка, давно мной уже забытая и я сам чувствую себя заново родившимся в этот момент.

Потом первый учебный день в классах, советское государство провозгласило свое неукротимое желание дать среднее образование всем, кому можно и до кого оно может дотянуться.

А вот — кому оно нужно, это большой вопрос.

Я всегда не понимал, зачем так уж учить математике с производными и логарифмами девушек, которые будут всю свою жизнь работать в горячих цехах хлебопекаренных заводов и кондитерских комбинатов.