- И не запрещает. К тому же, я заведу себе жену. Том прыснул, но тут же подавился, увидев неодобрительный взгляд брата.

- Да спасет Господь нас и нашего старика, всего три дня назад нас покинувшего. Я не хотел его обидеть, ты же знаешь. Но клянусь: он решил напоследок позабавиться! - он снова прыснул и пожал плечами. - У тебя не хватит денег, чтобы все это содержать, Морри. Забудь про жену.

Моррис поправил очки и нахмурился.

- Наш отец оставил даже больше, чем я мог ожидать.

- Ну-ну!. Этого хватит всего на неделю! Прости меня. Господи, ты собрался жениться на этом доме?

- Нет. выберу я себе женщину, а уж все остальное предоставлю ей.

Том уставился на брата круглыми глазами.

- Разрази меня гром, я начинаю верить, что это место превращает тебя в нашего старика! Морри, Морри, распрями спину, очнись!

Моррис улыбнулся.

- Я добьюсь гораздо большего до того, как "Гордость Тома" успеет меня изменить, понимаешь, Том? Местечко, на самом деле, слишком неплохое, чтобы его продавать или просто забросить.

- Если бы у меня было две тысячи гиней, - возразил Том, - то я послал бы эту "Гордость" ко всем чертям. Моррис взглянул на брата.

- Успокойся, Том, ты прекрасно знаешь, что свое получишь! Выбирай, как хочешь: тысячу, две или двадцать?

- Благодарю тебя, Морри, но я не собираюсь сесть тебе на шею! И не уговаривай меня. Лучше расскажи поподробнее про свою будущую жену. Кто у тебя на примете?

- Я пока еще не решил, - ответил Моррис и сладко зевнул. - Их кругом такое множество, бери не хочу!

- И то правда, ты ведь у нас просто красавчик. Бьюсь об заклад, что это Люси Фармер? Морриса передернуло.

- Нет уж, увольте, скорее, Марианна Темпест.

- Дочка старого Катлхилла? Да она прибьет тебя в первый же месяц.

- Но за ней дают приличное приданое.

- Ты все же подумай, Морри! За такую мегеру и двадцати тысяч приданого мало!

- А что скажешь о Джейн Баттерфилд? Томас в задумчивости вытянул нижнюю губу.

- Я, конечно, ничего не имею против нее, но, Морри, Господи, ты сам-то сможешь ее терпеть?

- Я еще не пробовал, - парировал Моррис.

- И не успеешь, женитьба - это полный конец всем прелестям жизни. Ты ведь не можешь сначала пожить с ней вместе месячишко-другой, а потом уже принимать решение. Да и девушка вряд ли на это согласится.

- Даже если бы и согласилась, то ее потом все равно замуж бы не взяли, заметил Моррис. - Жаль. Хотя я все равно в любом случае не смог бы жить с Джейн.

Томас уселся на стул.

- Дело в том, Морри, что мы, Жеттаны, можем жениться только по любви. Никто из нас не женился без любви, причем неважно, был ли брак по расчету или нет.

- Это старомодно, - возразил Моррис. - Женятся для удобства и комфорта, а при этой можно влюбляться хоть пятьдесят раз!

- Как, одновременно? Я полагаю, Морри, что это как раз и окажется не очень удобно. О Боже! Могу себе представить: пятьдесят раз влюбляться, дьявол тебя побери! Тут и с тремя можно с ума сойти, разрази меня гром!

Моррис сжал свои и без того тонкие губы.

- Брось чушь молоть! Пятьдесят возлюбленных распределяются на протяжении всей жизни, и ты не связан обязательствами ни с одной из них. Это блаженство!

Томас повертел указательным пальцем у виска, при этом его пухлое добродушное лицо вдруг сделалось серьезным'.

- И ни одна из этих возлюбленных не будет настоящей, Морри. Если бы ты встретил свою судьбу, то никогда бы не стал зачислять ее в этот отряд! Послушай совета, приятель, давай не нарушать семейную традицию! Помнишь пословицу из наших родовых старинных преданий, где говорится: "В молодости все Жеттаны - шалуны. Но женятся по любви, и в результате у них счастливая старость и покой. Не знаю, правда ли насчет степенной старости, но, может, только те люди, которые женятся по любви, приобретают добродетель? Ты ведь не будешь ломать традиции?

- Да ну, - улыбнулся Моррис, - а что же мне мешает жениться не по любви?

Томас вскочил со стула и сжал руку брата.