— Спасибо тебе за жизнь сына, он у меня один всего. Эти нелюди схватили его, а меня вместе с товаром выгнали.

— Выгнали? — приподнял брови выходец из прошлого.

— Они не просто меня прогнали, а запросили за выкуп товара триста патронов и горсть золота, — он принялся разливать домашнее вино по кружкам. — Да где же я возьму такую кучу?

— Да уж, — с поддерживающим осуждением покивал Алексей. — Действительно нелюди.

— Присаживайся, дорогой. Всё, что хочешь проси, помогу!

Алексея посадили на шерстяной ковёр ручной работы с интересным рисунком. Ему протянули кружку с вином.

— Меня зовут Алексей,

— А я Герон.

— Рад знакомству. Герон, мне ничего не надо, кроме встречи с вашим бароном.

— Зачем тебе нужен Гезело? — поинтересовался Герон.

— Я ищу девушку. Мне сказали, что ваш барон её выкупил у чистильщиков, — Воронцов выпил вина, которым его угостили.

— Дорогой, Гозело мой двоюродный брат. Я бы тебя сегодня к нему отвёл, но его сейчас нет в таборе. Он уехал по делам, и вернётся только завтра ближе к обеду.

— Завтра, так завтра.

— Раз ты готов подождать, я тебе у нас постелю. Обещаю, будешь спать как царь. А завтра, как барон вернётся, я тебя к нему отведу.

— Спасибо, Герон.

— Не стесняйся, кушай, дорогой.

Они принялись за ужин, сидя на ковре. Жаркое из курицы, печёный картофель с сыром и ароматными лепешками выглядели манящими. Вокруг суетились женщины и девочки в длинных юбках и цветастых блузках.

— Видишь, какую ораву баб наплодил, — хозяин шатра обвёл рукой своих домочадцев. — А сын у меня всего один — мой наследник.

— Герон, у вас найдутся бинты и спирт? Мне нужно обработать рану.

— Это на руке? — Герон давно заметил перебинтованную руку.

— Да. Меня подстрелили чистильщики, когда я спасал твоего сына. Пуля прошла навылет.

— Эй, Тамила! — махнул рукой Герон. — Принеси нам бинты и спирт, чтобы обработать рану нашему дорогому гостю.

Супругой Герона была огромная дородная баба, по лицу которой и не скажешь, сколько ей было лет. Тамила быстро поправила свои юбки, откинула полог шатра и исчезла в ночи. Черен несколько минут в шатёр прибежала девочка лет десяти с армейской фляжкой и рулоном чистой ткани. Следом за ней зашла и Тамила.

— Раздевайся, я обработать рану, — с сильным акцентом сказала она ему, после чего протёрла руки жидкостью из фляжки. По шатру сразу распространился резкий запах самогона.

Цыганка обработала рану и наложила тугую повязку. После этого она взяла мужчину за руку. Она внимательно рассматривала его ладонь и водила по ней указательным пальцем.

— Хм… — начала она. — Странно…

— Что странного?

— Вижу, что ждёт тебя другой мир. Ты здесь чужой, но тебя крепко держит любовь. Но за тобой долг. На дальней звезде тебя ждут…

Воронцов на её слова улыбнулся. Ему это напомнило гадания привокзальных цыганок, которые преследовали единственную цель — выманить деньги. Только что хотели у него выманить сейчас, он не мог сообразить. Со скепсисом на лице он продолжил случать бредни цыганки.

— Тебе не будет покоя. Ты будешь не раз обманут. Кровь с рук тебе не смыть никогда! — она резко откинула его руку и, качая головой, покинула шатёр.

— Ой, — улыбался хозяин шатра, — да не слушай ты её! Это всё их бабьи штучки.