— Ты позволишь мне пососать твой член, не так ли, Мика?

— Ну, дайте мне минутку подумать. Как насчет… да, блин!

— Позволь мне посмотреть на него…

Привыкший никогда не отказывать женщинам, Мика извлек член наружу, ну, не совсем извлек, поскольку он был уже тверже рукоятки молотка — просто немного подтолкнул его, и после этого его пульсирующий орган уставился на нее.

Ее неторопливые движения на мгновение прекратились, и она уставилась, раскрыв рот.

— Черт возьми! — произнесла она. — Это самый большой пенис, который я когда-либо видела…

Хэйc пожал плечами, покачивая своим достоинством.

— Точняк, миссис Уиллис. То же самое говорит большинство девчонок, когда видят его.

В порыве восхищения она поднесла руку ко рту.

— Ну и ну, здесь должно быть почти десять дюймов…

— Не почти, мэм, — поправил Мика Хэйc, — и это только в обычный день. Помню, однажды близняшки Шайнер делали мне двойной отсос в фургоне их папаши, они надрались и все прикалывались по поводу размера, а потом одна из них — Элли Джун или Рути Сью, не знаю точно, кто из них, так как выглядят они совершенно одинаково — достала линейку из набора инструментов своего папаши и — простите за каламбур — измерила мой инструмент, и результат оказался десять и три восьмых дюйма — не вру, мэм.

Миссис Уиллис сглотнула.

— И что ты сделал потом?

Что за глупый вопрос!

— Ну, мэм, я наполнил их рты спермой, потом, по-прежнему сохранив стояк, трахнул в жопу их обеих, а затем пошел в бар и выпил немного пива, э-э, прошу прощения за использование подобной лексики перед уважаемой замужней женщиной, такой как вы, мэм.

— О-о-о, и у вас довольно впечатляющая пара яичек, офицер…

Мика Хэйc сжал их в руках и гордо продемонстрировал.

— Да, мэм, они большие, как птичьи яйца, и я не имею в виду куриные, я имею в виду утиные яйца. Я знаю это точно, миссис Уиллис, потому что однажды запиндюривал одной из девочек Кесслер, а Кесслеры, как вы, возможно, осведомлены, владеют утиной фермой на полпути к Крик-Сити, и я трахнул эту девку в задницу столько раз, что прошел слух, что она потом неделю не могла ходить, но, возвращаясь к делу, мэм, мы занимались этим на одной из их утиных ферм, где Кесслеры выращивают уток, а затем продают их китайским ресторанам и прочим в городе, и вот там я видел все эти снесенные утиные яйца, и, конечно же, они были того же размера, что и мои.

— Вы — довольно сверхвыдающийся офицер, — сказала Джин Уиллис.

— Какой? — переспросил Мика Хэйc.

— Сверхвыдающийся — это тот, кто превосходит всех остальных, тот, кто выделяется над всеми остальными. В вашем случае это означает, что вы бесподобный репродуктивный образец. Вы случайно не знаете концентрацию ваших сперматозоидов? На кубический миллилитр?

— Чего, чего?

— О, не важно. Я определю ее позже.

Миссис Уиллис открыла мешок для белья и извлекла оттуда несколько вещей. Одна штуковина была чем-то похожим на фиолетовый мрамор. Другой являлась игла для подкожных инъекций. И последняя, имеющая особенное значение для Хэйcа: пустая 2-литровая бутылка из-под «Kока-Kолы».

— Мэм? — вежливо спросил он. — Прежде чем приступить к полировке моей рукоятки, не могли бы вы ответить на несколько вопросов?

То, как она наклонилась вперед, давало Хэйcу потрясающий вид на ее сиськи, свисающие вниз, а прямо между ними он мог разглядеть ее лобковый пушок, да, сэр.

— Да, офицер, — согласилась она, выбрав из содержимого сумки маленькую фиолетовую мраморную штуковину.