— Не беспокойся, — спокойно произнес Калли. — Ничего не случится. Пробьемся.

Я засмеялся, но беспокойство меня не покидало.

— А если все-таки случится, — сказал я, — что мне тогда делать в Гонконге? Калли сказал:

— Тебе нужно будет явиться в Банк Футаба и спросить вице-президента. Он возьмет деньги и обменяет их на гонконгские доллары. Даст тебе квитанцию и попросит за услуги, может, тысяч двадцать долларов. Потом он обменяет гонконгские доллары на американские и попросит еще пятьдесят тысяч долларов. Американские доллары будут отправлены в Швейцарию, и тебе дадут еще одну квитанцию. А через неделю отель Занаду получит тратту о, произведенном перечислении от Швейцарского банка на два миллиона минус сумма на оплату услуг гонконгского банка. Видишь, как просто все это?

Я думал о сказанном на обратном пути в гостиницу. Наконец, снова вернулся к своему первоначальному вопросу.

— Зачем же, черт побери, я тебе нужен?

— Не спрашивай больше ни о чем, а делай то, что я скажу, — сказал Калли. — Ты мне обязан, так?

— Да, — ответил я. И больше вопросов не задавал.

Когда мы вернулись в отель, Калли сделал несколько телефонных звонков, разговаривая по-японски, а потом сказал, что уходит.

— Я вернусь что-то около пяти дня, — предупредил он. — Или чуть позже. Жди меня здесь. Если я сегодня вечером не вернусь, ты вылетишь утренним рейсом домой. О’кей?

— О’кей, — сказал я.

Сначала я пытался читать в спальне номера, а потом мне померещился какой-то шум в гостиной, и я пошел туда. Я заказал ленч в номер и позвонил в Штаты. Мне дали Штаты уже через несколько минут, что удивило меня. Я думал, что это займет не меньше получаса.

Валери сразу же взяла трубку, и я почувствовал по ее голосу, что ей приятно, что я звоню.

— Как таинственный Восток? — спросила она. — Хорошо проводишь время? Уже был в доме гейш?

— Нет еще, — сказал я. — Пока все, что я видел в Токио, — это горы мусора. И с тех пор жду Калли. Он вышел по делам. Ну, хоть выиграл у него шесть тысяч.

— Хорошо, — сказала Валери. — Купи мне и детям несколько этих знаменитых кимоно. Да, между прочим, вчера тебе звонил какой-то человек, который назвавшись твоим другом в Вегасе, хотел встретиться с тобой там. Я сказала ему, что ты в Токио.

У меня екнуло сердце. Я спросил:

— Он назвался?

— Нет, — сказала Валери. — Не забудь про подарки.

— Не забуду, — сказал я.

Остальная часть дня прошла в некотором беспокойстве: я позвонил в авиакомпанию, чтобы заказать на завтрашнее утро билет обратно в Штаты, и вдруг почувствовал, что не очень уверен, что Калли вернется. Осмотрев его спальню, я не обнаружил большого обитого латунью чемодана.

Уже начало смеркаться, когда пришел Калли. Он потирал руки, возбужденный и довольный.

— Все в порядке, — сказал он. — Беспокоиться не о чем. Сегодня вечером мы развлечемся, а завтра закончим дела. На следующий день, послезавтра мы будем в Гонконге.

Я звонил жене, — рассказал я. — Мы немного поболтали. Она сказала, что какой-то парень звонил из Вегаса и спрашивал, где я. Она ответила, что в Токио.

Это несколько охладило его. Он немного подумал, потом пожал плечами.

— Это, похоже, Гроунвельт, — сказал Калли. — Хотел удостовериться, что предчувствия его не обманули. Только у него есть номер твоего телефона.

— Ты доверяешь Гроунвельту в таком деле? — спросил я Калли.