Затем, взяв низкую ноту, которая, казалось, мягко повисла в воздухе, словно дневной свет, дама в черном оборвала реквием и, постояв секунду-другую на балконе, держась за перила, повернулась и исчезла.

Судья, похоже, вышедший из транса, влез вместе со своими дамами в карету, та медленно развернулась и покатила к воротам.

— Боже мой, ты слышал песню? — спросил Гас Калла.

— Да, слышал, — сухо ответил тот.

Солдаты тоже ожили. Они принялись носить на телегу трупы расстрелянных. Матильда подошла к стоящим рейнджерам, оставшимся в живых.

— Нам нужно двигаться вместе с ними, ребята, — предложила она. — Они же наши люди. Я хочу убедиться, что их положат надлежащим образом в могилу.

— Пойди, спроси майора, не можем ли мы помочь похоронить их, — сказал Калл Гасу. — Полагаю, тебе он не откажет, если попросишь. Ты ему нравишься.

— Хорошо. Пойдем со мной, Матти, — позвал Гас. — Попросим его вдвоем.

В воротах судья на минутку остановил карету, чтобы перекинуться словечком с майором. Через открытые ворота Гас заметил бескрайнюю песчаную пустыню, тянущуюся далеко на север. Майор отдал по-военному честь судье и поклонился дамам — карета выехала со двора на улицу. Телега с телами техасцев со скрипом двинулась по двору к тем же самым воротам.

— Мы хотели бы помочь с похоронами, майор, — начал Гас. — Они наши друзья. Теперь многого мы для них уже не сделаем, но хотелось бы побывать на похоронах.

— Как пожелаете, месье, — решил майор. — Кладбище находится как раз за этой стеной. Идите за телегой и возвращайтесь назад, когда все закончится.

Гас немного удивился, что майор отпускает их без охраны.

— Советую вам возвращаться поскорее, — продолжал майор с веселым выражением лица. — Местные собаки очень злые — думаю, вы не сумеете убежать от них с кандалами на ногах. Минувшей ночью вы сами видели несколько собак, но их вообще-то гораздо больше. Если попытаетесь бежать, то удерете недалеко — очень скоро повстречаетесь с ними.

У Матильды не выходило из головы услышанное прекрасное пение. Ей хотелось, чтобы и Длинноногий знал об этом чудесном пении, которое раздавалось после смерти его и других техасцев. Она пыталась разглядеть певицу в черном, но вуаль на ней была слишком густа, а расстояние довольно большое.

— Никогда еще не слышала подобного пения, майор, — сказала она. — Кто эта женщина?

— Это леди Кейри, — ответил майор. — Она англичанка. Вскоре вы ее увидите.

— А что английская леди делает в такой глуши? — с недоумением спросил Гас. — Она же здесь еще дальше от родного дома, чем мы.

Майор Ларош повернулся, всем своим видом дав понять, что ему надоел разговор, и рукой сделал знак солдату подвести коня.

— Да и мой отчий дом тоже расположен подальше вашего, — сказал он напоследок, когда уже садился в седло. — Но я солдат и нахожусь там, куда меня пошлют. Леди Кейри здесь потому, что она военнопленная, как и вы. Я скажу своим людям, чтобы они отпустили вас на похороны. Советую навалить на могилы как можно больше камней. Как я уже сказал, местные псы очень кровожадны, а еды им не хватает.

Гас пошел к своим — все они столпились позади телеги с расстрелянными. Когда рейнджеры уже вышли из ворот, вслед за ними выехал майор Ларош и десяток его кавалеристов.