Она держала длинную тонкую сигарету между пальцами и ждала. Авенир не сообразил поднести зажигалку, а если бы и сообразил, у него все равно ее не было. Вероника вздохнула, прикурила у официанта и покачала головой. Вид у нее был недовольный, неуверенный. Мужчины посматривали на нее от соседних столиков, но это ее не радовало вовсе и даже нервировало.

— Я хочу, чтобы вы следили за Беллой,— наконец заговорила она.— По-моему, вы не при делах, времени у вас много, и деньги лишние не помешают.

Авенир, изготовившийся спасать красавицу от банды негодяев, был разочарован.

— А почему, собственно… — начал было он, но Вероника прикрикнула раздраженно:

— Без глупых вопросов! Да или нет?

Он растерянно поморгал голубыми глазами:

— Ну хорошо… Я поставлю своего сотрудника… Нет, правда, у меня есть помощник! Старый, опытный! Я ему доверяю на все сто. Только ему надо растолковать, на что именно обратить внимание.

— Если бы я знала на что… — вздохнула красавица, морща лобик.— Просто я ее боюсь. Она умная… В сто раз умнее меня. Она даже умнее, чем Борман… Юрий Карпович Низовцев, то есть. Когда они с Борманом или с Отцом Никоном спорят — я ничего не понимаю. И у меня нехорошие предчувствия. Борман стал какой-то подозрительный… Таится от меня. Он между нами, как в капкане. Мне его жалко, а эта старая кобыла не понимает, что ее время прошло! Спекулирует на Юркиной любви к сыночку!

— Я не заметил, что Юрий Карпович любит сына.

— Это он комплексует так. У него же все должно быть тип-топ, а тут облом…

— У них плохие отношения?

— Они поссорились… Из-за меня. Петруша ко мне приставал.

Авенир заморгал глазами от изумления:

— И сын убежал из дому? Не было никакого похищения?

— Думаю, что убежал. Я боюсь, что Белла настроит Юрку против меня. Может, она сама и прячет Петрушу. Они могут наплести Борману черт знает что, а он в гневе страшен. У него большие связи, и в городе он авторитет… Вообще, все так запуталось, мы так друг друга ненавидим, что я не знаю, что будет. Но сдаваться я не собираюсь!

Лицо ее стало таким замкнутым и высокомерным, что Авенир даже оробел.

— Зачем же он на вас женился, если так относится к вам? — несмело поинтересовался он.

— Зачем мужчине нужна жена? — дернула плечом Вероника.— Потому что не все в жизни можно свалить на партнеров по бизнесу или на правительство! Но давайте ближе к телу, как говорится.

— Хорошо, хорошо! В каких отношениях Низовцев и Николай Николаевич?

— О! Это тема! — улыбнулась Вероника, очевидно, довольная представившейся ей возможностью посплетничать.— Они… Дружат. Знаете, Можаев, любовь за деньги — это проституция, а вот дружба за деньги — это бизнес.

Она вообще-то оказалась неглупа и остра на язык.

— Скажите… А почему вы ко мне обратились? — спросил Можаев.

— Я хоть и дура, но в людях разбираюсь. Вас нельзя подкупить.

— Спасибо. Еще скажите… Вчера, когда стало известно, что Петруша у вьетов, Отец Никон сказал, что вы были правы. Почему?

— А вы наблюдательны,— усмехнулась Вероника.— У него была девчонка из этих корейцев. Я их видела вдвоем.

— Где?

— В клубе одном. Достаточно?

— Да, конечно…

— Тогда вот задаток за неделю. Звоните мне, как только будет что-нибудь интересное. Ну, я пошла?

Она вздохнула с облегчением, закончив неприятное дело. Сунула напомаженный окурок в вазочку с нетронутым мороженым. Ушла, но ту же вернулась, улыбаясь:

— Вы хоть адрес Беллы запишите, горе-сыщик! Что я делаю, блин!.