— Я тоже уверен. Она похожа на мою сестру, а они оба родились у одного очага. Хотел бы, чтобы моя мать увидела ее. Ей было бы приятно знать, что в мире сохранилось что-то от Тонолана. Дитя его духа.

Молодая женщина заметила Эйлу:

— Ты возвращаешься не один?

— Нет, — откликнулся Ладуни. — А немного погодя ты увидишь других его спутников. Ты своим глазам не поверишь.

— Ты пришла вовремя. Завтра мы устраиваем праздник в честь Великой Матери, — сказала Ларония.

Глава 37

С большим энтузиазмом восприняли в Пещере Священных Горячих Источников идею проведения праздника в честь Великой Матери. В середине зимы, когда монотонность жизни начинала утомлять, приезд гостей был приятным сюрпризом. Эйла и Джондалар изрядно взбудоражили обитателей пещеры. А неизбежные при этом рассказы могли передаваться из уст в уста еще много лет. С самого момента их прибытия верхом на лошадях в сопровождении Волка, Который Любил Детей, все до единого так или иначе интересовались ими. Гости увлекательно рассказывали о своем Путешествии, делились новыми мыслями и привезли удивительные приспособления, такие, как копьеметалка и игла.

А тут еще прошел слух, что женщина во время церемонии покажет нечто чудесное, что-то связанное с добыванием огня. Лозадуна упомянул об этом во время ужина. Гости обещали показать, как действует копьеметалка, на поле рядом с пещерой, чтобы каждый мог увидеть это. Эйла же собиралась продемонстрировать возможности пращи. Но главным, конечно, было открытие тайны добывания огня.

Эйла обнаружила, что постоянно находиться в центре внимания так же утомительно, как и без конца путешествовать. Весь вечер люди задавали ей разные вопросы, спрашивали ее мнение о вещах, которых она не знала. К заходу солнца она так устала, что не могла выдавить ни слова. Как только стемнело, она встала и покинула собравшихся у костра, чтобы пойти спать. Волк пошел с ней, а затем удалился и Джондалар, дав тем самым возможность поговорить и посплетничать о них в их отсутствие.

Приготовившись к следующему дню, они залезли в спальные меха. Джондалар обнял ее и начал ласкать, но она была настолько расстроенной, что он решил оставить ее в покое, да и самому поостеречься: никто не знал, что можно ожидать в праздник Великой Матери. Лозадуна намекнул, что лучше воздержаться и отдать дань Матери после специального ритуала.

Он разговаривал с Тем, Кто Служит Матери, о том, может ли он иметь детей. Сочтет ли Великая Мать, что его дух способен создать новую жизнь? Они решили перед общим праздником устроить специальный ритуал и обратиться за помощью прямо к Великой Матери.

Эйла проснулась: рядом слышалось тяжелое дыхание мужчины. Она пыталась уснуть, но напрасно. Она почти беспрерывно ворочалась, стараясь не потревожить Джондалара. Хотя сон так и не пришел, но похрапывание убаюкивало, и ее мысли пошли по неведомым тропинкам, как если бы она плыла между трезвым воображением и сменяющими друг друга сновидениями.

Луг был покрыт пышной весенней зеленью с вкраплениями разнообразных цветов. Вдали виднелась скалистая стена оттенка слоновой кости, пронизанная пещерами, черные жилы окружали мощные выступы, сверкавшие в лучах яркого света, льющегося с лазурного чистого неба. Возле скалы текла река, почти повторяющая контуры горы, и отблески солнца играли на воде.

Почти в середине поля, которое тянулось от берега реки, стоял и смотрел на нее человек. Человек Клана. Затем он повернулся и, приволакивая ногу и опираясь на палку, довольно быстро пошел к скале. Хотя он молчал и не сделал ни одного жеста, она поняла, что надо идти за ним. Она поспешила к нему, и, когда они поравнялись, он посмотрел на нее здоровым глазом. Зрачок был темного цвета, взгляд человека был полон сострадания и силы. Она узнала медвежью шкуру, которая прикрывала обрубок руки: ее отрезали у локтя, когда он был еще мальчиком.