Уже собираясь открыть глаза, она вдруг подумала о другом.

«Великий Дух Львиного стойбища, — продолжала она. — Мог-ур говорил этой женщине: духи тотема хотят иметь дом, место, куда можно вернуться, где их приветствуют и хотят оставить. Эта дорога кончится, и у женщины будет новый дом, но народ мужчины не знает ее тотема. Они должны узнать и оценить Дух Пещерного Льва. Эта женщина просит, чтобы Великому Духу Пещерного Льва были рады везде и всегда, чтобы для него нашлось место там, где радушно примут женщину».

Когда Эйла открыла глаза, то увидела, что на нее смотрит Джондалар.

— Ты… кажется, занята? Я не хотел помешать тебе…

— Я думала о моем тотеме, о моем Пещерном Льве… и о твоем доме. Надеюсь, что там ему будет хорошо.

— Духам животных всегда хорошо рядом с Дони. Великая Земная Мать дала им жизнь. Так говорят легенды.

— Легенды? Рассказы о том, что было давно?

— Ты можешь называть их рассказами, но рассказываются они определенным образом.

— В Клане тоже были легенды. Мне нравилось, когда Дорв рассказывал их. Мог-ур назвал моего сына в честь одного из героев легенд, в честь Дарка.

На мгновение Джондалар усомнился в том, что у этих плоскоголовых из Клана могли быть легенды. Ему было трудно преодолеть представления, усвоенные с детства, но он уже понимал, что с Кланом все гораздо сложнее, чем можно было подумать. Почему бы им тоже не иметь легенд?

— Ты знаешь какую-нибудь легенду о Земной Матери?

— Да, вроде бы помню отрывок. Их сказывают так, чтобы было легче запомнить. Только специально обученные Зеландонии знают их все.

На секунду он замолчал, затем начал петь:

— Как прекрасно! — улыбнулась Эйла. — Эта история полна чувства и прекрасных звуков, она немного похожа на песни у Мамутои. Очень легко запоминается.

— Она часто исполняется. Мелодии бывают разные, но слова почти всегда одни и те же.

— А ты еще знаешь?

— Немного. Я слышал всю легенду и помню ее смысл. Стихи длинные, и многое нужно заучивать. В первой части рассказывается, как Дони сотворила солнце Бали: «Радостный смех звонок, у Матери есть солнце-ребенок». Затем рассказывается, как Она теряет его и снова остается одна. Ее возлюбленным становится месяц Луми, но его тоже Она создала. Затем Она сотворила животных и дала душу мужчине и женщине и вообще всем земным созданиям.

Волк рявкнул, но как-то по-щенячьи: он был доволен, что нашел чем заняться. Люди посмотрели на него и поняли, чему он радуется. На зеленом берегу, в лесочке, мелькало небольшое стадо зубров. Дикие животные были огромными, с массивными рогами и клочковатой темно-рыжей шерстью, настолько темной, что ее цвет казался почти черным. Но в стаде было два зубра с большими белыми пятнами на морде и груди.

Эйла и Джондалар, едва взглянув друг на друга, кликнули лошадей. Быстро отнеся груз в жилище, взяв копьеметалку и дротики, они вскочили на лошадей и направились к реке. По мере приближения Джондалар прикидывал, как лучше подобраться к пасущемуся стаду. Эйла последовала за ним. Она знала повадки хищников — таких, как рысь или пещерная гиена, когда-то вместе с ней жил лев, а сейчас вот Волк, — но травоядные жвачные, на которых обычно охотились, ей были малознакомы. Хотя у нее был собственный способ охоты на них, но Джондалар вырос среди охотников и обладал большим опытом.

Возможно, потому, что она все еще продолжала общение со своим тотемом и миром духов, Эйла чувствовала себя как-то странно, наблюдая за стадом.