— Самурай-гайдзин! — изумленно воскликнул он при виде светлых волос и ярко-голубых глаз Джека.

Стрела просвистела в воздухе и вонзилась в щель между шлемом и мэнпо Красного дьявола. Он зашатался и отступил. Из глазницы текла кровь.

— Колебаться нельзя, — сказал Джек, поднимая катану.

Однако самурай был жив.

С неистовым предсмертным воплем он двинулся на Джека. Еще одна стрела попала самураю в грудь: на этот раз стреляла сэнсэй Ёса. И все же он наступал. Джек уклонился от сокрушительного удара. Через миг к ним подскочил Масамото.

— Бегите! — приказал он, яростно бросаясь на самурая.

Джек помчался к Ямато. Вытащив копье, он помог другу встать и повел его к воротам. За ними неслись сотни Красных дьяволов. Акико и сэнсэй Ёса пускали стрелу за стрелой, оттесняя врага.

Масамото мгновенно обезоружил Красного дьявола ударом «Осенний лист» и вонзил вакидзаси ему в живот. Красный дьявол застонал и упал на колени.

— Это за моего сына! — объявил Масамото.

Размахнувшись катаной, он одним ударом снес голову с плеч золоторогого Дьявола.

— А это — за Таро!

Как только Масамото вернулся во внутренний двор, стражи захлопнули ворота. Орда Красных дьяволов неистово ломилась внутрь, но укрепленные створки выдерживали натиск. По крайней мере, пока.

Джек уложил Ямато на землю. Акико взволнованно склонилась над ним.

— Ничего страшного, — прохрипел Ямато. — Рана неглубокая.

Акико мягко повернула его на бок, чтобы осмотреть рану.

— Как он? — К ним подошел Масамото.

— Много крови, но основной удар пришелся на доспехи.

— Встать можешь? — спросил Масамото.

Ямато кивнул.

— Хорошо, — сказал Масамото. — Отведите его в башню и перевяжите.

Даже сейчас суровый характер не позволил мастеру меча показать отцовскую любовь, в которой Ямато так нуждался. «Видимо, он считает, что проявлять эмоции в присутствии учеников — признак слабости», — подумал Джек. Ямато опустил голову, понимая, что не дождется похвалы за спасение Тё.

Джек и Акико взяли друга под руки и повели по двору.

— Спасибо… что… спасли, — превозмогая боль, выговорил Ямато. — Я обязан жизнью вам обоим.

— Благодари Акико, — возразил Джек. — Не будь она такой искусной лучницей, нас бы уже не было в живых.

— Это был отвратительный выстрел, — заявила Акико.

— Как это? — воскликнул Джек. — Ты ведь попала ему прямо в левый глаз.

— А целилась в правый!

Друзья рассмеялись.

— Перестаньте, — улыбаясь, простонал Ямато. — Больно же!

В башне повсюду сновали асигару, поднося воинам на стенах аркебузы и порох. Друзья поднялись по лестнице на второй этаж, где даймё Такатоми отдавал приказы уцелевшим генералам. Увидев раненого сына Масамото, он тут же подошел.

— Немедленно отведите Ямато-куна ко мне. Пусть его осмотрит мой личный врач.

Пока они поднимались наверх, канонада как будто усилилась. В окно четвертого этажа Джек краем глаза увидел картину битвы. Войска даймё Камакура наступали со всех сторон, пуская в стены горящие стрелы. Войску Сатоси удавалось сдерживать натиск, непрерывно стреляя из мушкетов и луков.

На пятом этаже Ямато остановился.

— Тебе плохо? — спросил Джек.

Ямато покачал головой и прошептал:

— Смотри! Дверь к отцу Бобадилло не заперта.