— На тренировке по технике «Двух небес», — уклончиво ответил Джек.

— Я рад, что не попал туда!

— Что ты имеешь в виду?

— Акико тоже поранилась на одном из уроков.

Джек удивленно уставился на Такуана.

— Разве ты не заметил у нее на руке повязку?

Джек покачал головой. Он-то хорошо знал, что на этих уроках никто ничего не повредил. Понятно, почему он сам не хочет говорить всю правду про свой порез, а что скрывает Акико? И главное, откуда у нее рана?

— Мне пора. — Такуан протянул Джеку поводья. — Заведешь их в конюшню, ладно? Я обещал позаниматься с Акико поэзией.

— Конечно, иди. — Джек вымученно улыбнулся.

— Спасибо. В следующий раз поработаем над твоей посадкой в седле.

Такуан поклонился и зашагал к школе.

Пока Джек расседлал и привязал лошадей, начало смеркаться. Нужно было спешить: в Бутоку-дэне его ждал Таро. Джек гораздо охотнее учился технике «Двух небес», чем верховой езде. Первая совместная тренировка оказалась очень удачной — к концу Джек почти освоил удар «Кремень и огниво». Таро оказался прирожденным учителем, и они решили не останавливаться на достигнутом, а встречаться каждый вечер. За завтраком Джек с жаром рассказывал Акико о занятиях с Таро в надежде, что она присоединится к ним. Увы, он зря старался — Акико всегда была занята. Теперь он знал с кем — с Такуаном.

Джек подсыпал в кормушки сена, и тут задняя дверь конюшни со скрипом отворилась.

— Ну, что ты узнал? — послышался хриплый девчоночий голос.

— Отец говорит, у даймё Камакура уже пятьдесят тысяч воинов.

Говорил Кадзуки.

— Пятьдесят тысяч! — восторженно просипела его собеседница.

Джек прокрался в ближайшее свободное стойло и посмторел сквозь щель в перегородке. Рядом с Кадзуки сидела Морико. В темноте ее лицо казалось призрачно-белым. В конюшне недавно подмели, и пол, как принято в Японии, был безупречно чист.

— Значит, наш господин готовится напасть, — нетерпеливо продолжала Морико. — Можно прикончить гайдзина! Раздавить как крысу!

— Не сейчас.

Лицо Морико вытянулось.

— Не волнуйся, никуда он не денется. Я оставил ему шрам на память о приговоре. — Кадзуки противно захихикал, показывая на свою левую щеку.

Глаза Морико кровожадно блеснули.

— Теперь его физиономия еще уродливее!

Парочка расхохоталась. Порез Джека вновь начал саднить. «Морико смеет называть меня уродом! — подумал он. — Да у нее зубы черные!»

— Когда же даймё Камакура нападет? И когда банда Скорпиона приступит к заданию?

— Терпение, Морико. — Кадзуки положил руку ей на колено. — Наш господин ждет, пока другие самураи перейдут на его сторону. Отец говорит, что недавно к армии примкнул даймё Сатакэ из провинции Дэва. Даймё Камакура хочет, чтобы ему присягнули на верность северные правители.

— Зачем? У него хватит воинов, чтобы вышвырнуть всех гайдзинов из Японии.

— Но не хватит, чтобы захватить власть в стране.

— Так это правда? — прошептала она.

Кадзуки кивнул.

— Откуда ты знаешь?

— Даймё Камакура очень доверяет отцу. — Кадзуки наклонился к Морико и многозначительно понизил голос: — Мне дали особое поручение, от самого Камакура.

Морико потрясенно глотнула.

— Что ты должен сделать?

— Умный сокол не выставляет когти напоказ, — ответил Кадзуки.