— И все же, — не отступал мастер Кит.

— Я знаю, как защитить ее от разбойников и грабителей. Знаю, как сражаться с пиратами. Я не знаю, как защитить Китрин от нее самой, а ведь большей опасности, чем она сама, для нее нет.

— Трудно бывает, да? Когда уходят из-под опеки.

— Я ее не опекаю.

— По-моему, это неправда, хотя вы можете попытаться меня переубедить. Назовите три решения, какие она приняла до этого. За то время, что вы ее знаете.

За плечом актера возник Ярдем Хейн, вытирающий пальцы о серый лоскут. У Маркуса мелькнула надежда, что разговор уйдет в сторону, однако по спокойному лицу тралгута стало ясно, что тот пришел слушать, а не говорить.

— Она купила платье, — вздохнул Маркус. — И захотела ходить на ваши представления.

— Значит, два? — спросил мастер Кит.

— Выбрала рыбу на обед.

— А раньше, при других ваших нанимателях, такое бывало? Подозреваю, что вам Китрин кажется не хозяйкой, подрядившей вас для охраны, а маленькой девочкой, случайно попавшей в речную стремнину. Она вам платит?

— Нет, — пророкотал тралгут.

— Не лезь, — отрезал Маркус. — Заплатить она не могла. У нее нет своих денег. Богатство ей не принадлежит.

— Теперь у нее, возможно, появится золото. И способность принимать решения более важные, чем покупка платья или выбор между рыбой и курицей. Если ее план сработает, она будет сама выбирать жилье и меры защиты — если сочтет их нужными — и будет решать тысячи вопросов, связанных с банком. Подозреваю, что вы и тогда будете рядом с ней, опекая и защищая. Но только как наемный охранник.

— Каковым я до сих пор не был? — спросил Маркус.

— Каковым вы до сих пор не были, — согласился мастер Кит. — Будь вы просто охранником, вы бы спросили мнение Китрин, прежде чем убить Опал.

— Она бы сказала не убивать.

— Потому-то, думаю, вы и не спросили. И вы боитесь тех времен, когда вам придется подчиняться ее решению, даже если оно, по вашему мнению, неверно.

— Она совсем еще юная девочка.

— Все женщины когда-то были девочками. Китрин. Кэри. Королева Биранкура. Даже Опал.

Маркус пробормотал проклятие. На улице, окликая прохожих, драл глотку зазывала игорного дома — не упустите случай выиграть целое состояние, выгодные шансы для любой ставки…

— Неприятная вышла история с Опал, — сказал Маркус.

— Да, я вас понимаю. Мне тоже неприятно. Я ее знал долгие годы и много с ней общался. Однако с характером не поспоришь: Опал оставалась собой и поступала как умела.

— Вы были любовниками?

— Когда-то давно.

— Вы вместе играли на сцене, вместе скитались по городам, она была частью труппы.

— Да.

— И вы дали мне ее убить.

— Да. По-моему, ответить за собственный поступок — деяние, в котором присутствует определенное достоинство. И расплата приоткрывает некую истину. А я стараюсь относиться к истине как можно уважительнее.

— То есть Китрин имеет право делать что хочет, даже ошибаться.

— Если вы так поняли мои слова — да.

Ярдем дернул ухом, звякнули серьги.