— Ага, — снова сказал сэр Джордж, и на сей раз голос его был грозен и мрачен.

— Ну вот мы и подошли к той роли, которую вам надобно будет сыграть. Твоя раса уникальна по крайней мере в двух аспектах. И один из них мы уже использовали, чтобы иметь возможность беседовать с тобой. Дело в том, что ваш мозг работает на частоте, близкой к нашей собственной. Мы с самого начала это поняли, и коль скоро командир нас об этом не спрашивал, мы не были обязаны ему об этом докладывать. Конечно, эта частота не полностью совпадает с нашей, и для общения с тобой нам требуются совместные усилия нескольких особей. К тому же мы не можем этого делать, пока ты бодрствуешь, не привлекая внимания нашего командира. Одного установления начальной контактной точки хватило, чтобы ты потерял сознание и пролежал двенадцать ваших минут, поэтому прежде мы не осмеливались на такой риск.

— А теперь почему осмелились? — без обиняков спросил сэр Джордж.

— По двум причинам, — ответил драконочеловек. — Одна — та, что мы смогли это проделать так, что ни командир, ни его хатори, ни какой-нибудь иной представитель гильдии, ни одно из следящих устройств корабля не сумели нас засечь. Такого случая нам прежде не выпадало. Да и в этот раз нам удалось создать такую ситуацию только потому, что один из нас провожал тебя до твоего лагеря, тщательно направляя к «слепой точке».

Сэр Джордж понимающе кивнул, и драконочеловек продолжил:

— Вторая причина заключается в том, что впервые нам подвернулась возможность освободиться от власти гильдии… если вы согласны действовать с нами заодно. — Чужак поднял когтистую руку, словно защищаясь от яростной вспышки эмоций сэра Джорджа, и тут же покачал головой. — Нет-нет, не так быстро, сэр Джордж Винкастер. Если мы вступим в игру и проиграем, командир никого из нас не оставит в живых. Не только тебя и твоих солдат, но и детей, и женщин, как и всех наших, находящихся на борту корабля.

Сэр Джордж снова кивнул, ощутив, как по спине его поползли мурашки, поскольку драконочеловек был несомненно прав. Мысль о свободе или хотя бы о возможности нанести удар, прежде чем погибнуть, опьянила его, но ведь он отвечал за жизнь множества людей, среди которых были Матильда, Эдуард и малыши.

— Прежде чем принять окончательное решение, ты должен узнать еще одну вещь, — тихо сказал драконочеловек, осторожно вторгаясь в его мысли.

Барон поднял на него глаза, почувствовав в словах своего странного собеседника нечто вроде сочувствия.

— Слушаю тебя.

— Мы сказали, что ваша раса уникальна по двум причинам, — сказал драконочеловек. — Одна — ваша способность вступить с нами в контакт. Вторая — страшная угроза, которую вы представляете для Федерации.

— Угроза? Мы представляем угрозу? — горько рассмеялся сэр Джордж. — Ты сам сказал, что ваша раса куда более развита, чем наша, но ведь вы-то для них угрозы не представляете!

— Нет. Но мы не похожи на вас. Насколько я знаю, ни одна раса не может сравниться с вами, по крайней мере в одном отношении.

— И в каком именно?

— В скорости, с которой вы усваиваете новое, — просто сказал драконочеловек. — Гильдия командира считает вас примитивными существами, варварами, каковыми вы и являетесь… пока.