Капитан продолжал слушать эфир, не отвлекаясь на наше воссоединение с группой. Выскользнув из танка, я оббежал машины и подскочив к подходившему полковнику. Отдав честь, сообщил про новости полученные радиоперехватом, тут медлить было нельзя.

Это сообщение полковника заинтересовало, приказав Рябову грузиться в грузовик, предварительно выкинув содержимое, и направился к танку.

Я только тут увидел, что же вез грузовик, бойцы обсуждали тогда у машины, но я не прислушивался, занимаясь колесом.

Глядя как на дорогу небрежно бросают новенькие из свежеструганных досок гробы, почесал затылок, огляделся, и направился к переду грузовика. Там Сергей разглядывал погнутый бампер.

— Как же ты так? — поинтересовался я.

— Тормозам тоже амба, ручником успел немного затормозить, так что вы товарищ старшина, поосторожнее, при резких и внезапных остановках.

— Буду иметь в виду, — кивнул я, и направился к танку. На броне, у башни стоял полковник и о чем-то беседовал с Вечерним. Мимо меня пробежал капитан Рябов и присоединился к остальным командирам.

Обойдя танк, я подошел к лобовому листу и, сунув руку в люк механика-водителя, достал масленку. Техника любит, когда о ней заботятся, и отвечает тем же.

Закончив с «шаманскими танцами вокруг машины», как сказал Сергей, с интересом наблюдавший за моими телодвижениями, полковник и Рябов спрыгнув с брони танка, направились к грузовику, сказав мне, что пора выдвигаться. Через минуту только столб пыли стелился за нами.

«Нужно будет на ближайшей стоянке систему охлаждения проверить, как-бы этой пылью нам все фильтры не позабивало. Перегреемся и придет северных песец. Как говориться лучше плохо ехать чем хорошо идти, — размышлял я, подъезжая к повороту на трассу, там как раз проехала колонна из шести грузовиков, которых мы проводили жадными взглядами: — Черт, какое же управление тут дубовое!»

— Товарищ капитан? — позвал я командира, выехав на трассу, и выйдя на крейсерскую скорость, в двадцать пять километров в час.

— Что старшина? Перегреваемся?

— Нет, давление в пределах нормы, хороший движок. Немцы сообщили, кого они прихватили? Не наших?

— Видимо нет. Про два самолёта они говорили, жаловались кому-то, что упустили их, дав сесть и взлететь.

— Ну и слава богу, — облегченно выдохнул я, теперь можно беспокоиться только о себе.

— Старшина, ты что верующий? — немного озадаченно спросил капитан.

— Да не особо… А, нет, это просто присказка такая, товарищ капитан.

— Понятно, а я думаю, комсомолец, и так выражается.

Мне честно говоря было не совсем понятно, что имел ввиду капитан, от местных реалий я был далеко, поэтому пришлось перевести разговор в другую сторону. В нейтральную:

— Товарищ капитан, мы далеко двигаемся?

— А в чем дело?

— Танк и так прожорливая машина, а тут еще груз сзади. Горючки хватит километров на семьдесят. Может чуть больше. Я еще точно не определил расход, только примерно.

— Разберемся, с грузовика если что сольем.

— У них могут быть разные октаны, и я не смотрел, пробит ли он или нет. Бак с другой стороны машины.

— Не волнуйся старшина, если что захватим другую машину. Ах ты черт!

— Что там товарищ капитан? — сразу же спросил я. Мы проехали от поворота километров на двенадцать, за это время нас обогнала еще одна колонна, только уже на две машины.

Проехав, они подняли тонкую глиняную пыль, которая до сих пор еще не села. Поэтому я видел метров на сто вперед, и как там что-то смог рассмотреть капитан, было не совсем понятно.