Скорее всего, это и правда приступ безумия. Болезни. Шэни не может вести себя, как сторк. По природе своей, по определению - не может. А значит - тут и думать не о чем.

   Глупец. Однозначно, глупец, безумец.

   Ола! Вызов идёт. Ага, это командир танкового взвода, самого тяжёлого оружия, что имелось в распоряжении Сэлк кен ло Сиан токк Сэлк ап мит Сэлка, более тяжёлое вооружение есть лишь у имперской армии. Конечно, танки лёгкие, но у мятежников-то и против таких ничего нет, они вообще чуть ли не кухонными ножами вооружены. Ну, что там у них? Рассеяли?

   ЧЕГО?!!

   Голосовому сообщению командира танкистов Сэлк кен ло Сиан токк Сэлк ап мит Сэлк, разумеется, не поверил. Это было немыслимо, невероятно. Такого просто не могло быть. Не могло! Разумеется, Сэлк кен ло Сиан токк Сэлк ап мит Сэлк затребовал доказательств. И немедленно получил их. На экран его личного коммуникатора была выведена картинка, которую в данный момент наблюдала передняя камера командирского танка.

   Три штуки. Действительно, три штуки! Они медленно, но неотвратимо ползли по улице города, продавливая своими массивными бронированными тушами дорожное покрытие. Вспышка! И изображение исчезло. Коммуникатор работал, но сигнала от танка он более не получал. Они что? Они что, стреляют? Шэни - СТРЕЛЯЮТ?!

   А такого колосса, как эти три, Сэлк кен ло Сиан токк Сэлк ап мит Сэлк уже видел раньше. Видел и даже трогал его рукой. В музее видел, на Стокарде. Только там, в музее, рядом с ним была установлена табличка, гласящая, что это самый последний, единственный из сохранившихся, все остальные уничтожены. Как выяснилось, уничтожены не все, кое-что ещё осталось.

   Сэлк кен ло Сиан токк Сэлк ап мит Сэлк вспомнил технические характеристики того монстра из музея и внезапно ощутил парализующую оторопь. Мир вокруг пошатнулся и на миг стал каким-то нереальным. Сэлк кен ло Сиан токк Сэлк ап мит Сэлк растерянно оглянулся, чтобы убедиться: он всё ещё в настоящем мире...

   ...но это был лишь миг - миг неверия и растерянности. На смену ему пришла волна холодного гнева.

   Они заплатят. Страшно заплатят. Прямо сейчас.

   - ...Слышал, обезьянки взбунтовались! - толкает в бок и шепчет Мишке в ухо Рамзан.

   - Какие обезьянки? - спросонок не понял его Мишка Воронов. - Ты о чём?

   - На планете, на Брэссудзе, там дикари местные взбунтовались против сторков. Недовольны чем-то. Наверное, бананов им недокладывают.

   - Погоди, - Мишка садится на кровати. - Рамзик, какие обезьянки? Повтори, я не понял.

   - Так говорю же, местные аборигены против сторков восстали. На поверхности планеты бои, число жертв уже тысячами считают.

   - А при чём тут "обезьянки"?

   - Так... Шэни же. Против сторков. Как ещё этих идиотов назвать?

   - Шэни - идиоты и обезьянки? Рамзик, а вот мне кажется, кто-то сейчас в глаз получит. И этот кто-то - не я.

   - ША!! Ещё неизвестно, кто первее получит. А вообще...

   - А вообще - ты осёл. Шэни хорошие. За что ты так на них?

   Молчание. Гардемарин Ахмедов протянул руку и выключил ночной светильник.