— Выпей и снова налей, коли в кувшине вино… — Хрипловатый голос Шутника неожиданно легко перекрыл царивший в зале шум. — Коли тебе все равно, сколько осталось монет…

Обозники радостно загомонили и с шумом сдвинули кружки с пивом. Песня им явно пришлась по душе. Для дружины певческие способности Шутника тоже оказались неожиданными. Да, за это стоит выпить.

увлекшийся пением Габриель не обратил внимания на моментально стихшие разговоры. А зря — не стоит некоторые имена на людях поминать. Не в Империи.

Опомнившийся менестрель вырвал у Шутника гитару и тут же покатился кубарем, получив кулаком в скулу. На защиту певца бросился парень из компании обозников, но неожиданно резко заскочивший на лестницу толстяк пинком в грудь отшвырнул его назад. Приятели растянувшегося на полу бедолаги вскочили на ноги и бросились к нашему столу, но самый шустрый из них тут же упал на колени, заполучив в лоб разлетевшийся вдребезги кувшин. А потом обозникам стало уже не до нас: Ежи Петелька и Влас Чарка недолго думая приподняли и метнули в них тяжеленную скамью.

Не разобравшийся, в чем дело, вышибала сдуру сунулся к обозленным обозникам, но его схватили сразу несколько человек и вышвырнули в окно, попутно перевернув соседний стол. Едва успевшие выскочить из-под массивной деревянной столешницы крестьяне кинулись на обидчиков с кулаками, и только вовремя заглянувший в зал дородный старшина охранников не дал разгореться потасовке.

Мы сами тоже в драку не полезли — с улицы в корчму вбежал взбешенный Дубрава. Лебеда сразу же поспешил утащить упиравшегося Шутника в комнату на втором этаже, все остальные вновь уселись за стол.

— Угомонитесь! — рявкнул на разгоряченных парней старшина и, подойдя к нашему углу, моментально определил в Анджее главного. — Пойдем, потолкуем.

— Пошли. — Показавший дружинникам кулак Дубрава был мрачнее тучи.

Хорошо хоть никого лавкой не зашибло, может, полюбовно договориться получится. Дубрава и старшина обозников отошли к кухне, где к ним немедленно присоединился визгливо перечислявший причиненный заведению ущерб хозяин постоялого двора.

— В общем, так, — вернулся вскоре к столу Анджей, вздохнул и медленно смерил нас тяжелым взглядом. — Будет поединок. Кто проиграет, с того деньги менестрелю и хозяину. Арчи — ты судья. Пошли, правила оговорим.

— Не понял, что за поединок? — повернулся я к Змейке.

— Кто жребий вытянет, тот и будет драться. Традиция такая кабацкая, — флегматично ответил тот и хрустнул суставами пальцев. — Упадешь али за круг вылетишь — проиграл.

— Какой круг? — не понял я.

— Вон, чертят уже, — ткнул меня в бок почесавший шрам на шее Ежи Петелька.

И правда, Арчи и не уступающий ему сложением обозник что-то тщательно вымеряли свернутой в несколько раз веревкой и обугленной деревяшкой прямо в центре зала чертили по доскам пола круг.

А ведь и мне от жребия не отвертеться. Все-таки за одним столом с дружинниками сидел, пиво с ними пил. Не поймут. А с моей удачей вытащить короткую соломинку — как на собственную тень помочиться.

Испуганный дракой люд потихоньку возвращался в зал, и, думаю, хозяин внакладе за сегодняшний вечер не останется. А уж если еще и ставки принимать будет…

— Кулачный бой? — решил все же уточнить я.

— Само собой, — кивнул Ежи Петелька.

— А почему Арчи в судьи определили? — нахмурился я.