И это еще не худшее. Кое-кто из простых сестер позволил себе чуть ли не в открытую на нее фыркать. На нее – на Восседающую! Среди них, конечно, не было Белых, но какая разница? Что бы ни происходило в Башне, приличия нужно соблюдать. Мимо Сине, задев ее плечом и едва пробормотав извинения, широкими мужскими шагами прошла Джулайн Мадоме, высокая привлекательная женщина с коротко подстриженными волосами; она менее года занимала кресло от Коричневых. Другая Восседающая от Коричневой Айя, Саэрин Аснобар, сердито нахмурила брови, глядя на Сине, и схватилась за рукоять кривого ножа, который всегда носила за поясом. Потом обе Коричневые свернули в боковой коридор. Родом Саэрин была из Алтары, ее темных волос на висках коснулась седина, подчеркивая тонкий белый шрам оливкового оттенка на щеке, а в суровости взгляда она могла сравниться с каким-нибудь Стражем.

Наверное, всего этого следовало ожидать. В последнее время имели место несколько несчастных случаев, и вряд ли кто из сестер позабудет, как бесцеремонно ее выпроваживали из коридоров возле апартаментов другой Айя, и уж точно не сотрется из памяти то, чем иногда это сопровождалось. По слухам, кого-то – правда, неизвестно, кого именно – из Восседающих Красные, представьте себе, чуть ли не взашей вытолкали! Очень жаль, что Совет не сумел воспрепятствовать безумному указу Элайды, но сначала одна Айя, потом другая хваталась за новые привилегии, а из Восседающих, оказавшихся на высоком посту, немногие помышляли отказаться от них. И в итоге Башня едва ли не раскололась на несколько вооруженных лагерей. Некогда Сине казалось, будто атмосфера в Башне смахивает на горячее желе из подозрений и клеветы; теперь же ее переполняли яд и боль.

С досадой прищелкивая языком, Сине поправила свою шаль с белой бахромой. Нелогично отшатываться от сердитой алтаранки – даже Саэрин вряд ли зайдет дальше сурового взгляда, – и более чем нелогично беспокоиться о том, чего она не в силах изменить. У нее своя цель.

И вот, потратив на поиски все утро, она сделала один-единственный шажок – и долгожданная добыча сама идет на ловца. Стройную, черноволосую девушку, которую отличали горделивый вид и уверенность в себе, звали Зера Дакан. Судя по облику, ее будто бы и не тревожила напряженная атмосфера, царившая в эти дни в Башне. Ну, не девочка, конечно, но Сине была уверена, что шаль с белой бахромой она носит никак не больше пятнадцати лет. А значит, неопытна. Относительно неопытна. Этим можно воспользоваться.

Зера ничем не выказала намерения уклониться от встречи с Восседающей от своей Айя и уважительно склонила голову, когда Сине приблизилась. Необычно обильная для Белой Айя золотая вышивка украшала рукава ее снежно-белого платья и широкой полосой окаймляла подол. Зера негромким голосом поприветствовала Восседающую. Вправду ли в ее голубых глазах мелькнула тревога?

– Ты мне нужна, – промолвила Сине с напускным спокойствием. Вероятно, из-за своего волнения она увидела какую-то тень в больших глазах Зеры. – Пойдем со мной.

Чего опасаться в самом сердце Белой Башни? Но, как ни странно, Сине стоило немалых усилий удержать сложенные руки на животе и не сжать кулаки.

Как и рассчитывала Сине, Зера пошла с нею, лишь еле слышно что-то пробормотав. Они спускались по широким мраморным лестницам, по длинным пандусам. Когда на первом этаже Сине открыла дверь, ведущую на узкую лестницу, которая спиралью уходила во мрак, Зера лишь нахмурилась.

– Иди первой, сестра, – сказала Сине и, направив Силу, создала маленький светящийся шар. По протоколу ей полагалось идти впереди, но она не могла заставить себя так поступить.

Зера без колебаний шагнула вниз. Логически рассуждая, ей нечего опасаться Восседающей, тем более Белой. Логически рассуждая, когда понадобится, Сине скажет, что от нее требуется. Вопреки всякой логике, в животе у Сине точно трепетали крылышки гигантской бабочки.