Гарсия беспокойно оглянулся назад. Его очень тревожило то, что он позволил Серой Цапле задержаться. Но, на самом деле, выбора не было.

«И, если рассуждать здраво, — твердил себе Гарсия с раздражением, — потеря одного человека в таком деле вполне допустима». К сожалению, ему не удалось себя убедить. Тут же вспоминалась мягкая улыбка Серой Цапли. Юноша был одним из лучших наездников. Он также унаследовал спокойную манеру отца, Мышиного Рева, в обращении с оружием.

«Очень плохо, — думал Гарсия, — что мы потеряли такого многообещающего молодого воина».

Верный Глаз указал назад:

— Снимающий Голову, посмотри на выщербленный камень под деревом на хребте.

Гарсия вгляделся и наконец уловил слабое движение почти на гребне хребта.

— Там две лошади, — продолжал Верный Глаз. — Нас по-прежнему преследуют.

Они оба внимательно наблюдали за хребтом, ожидая появления других всадников или пеших воинов. Ничего подобного не происходило, и Гарсия переключил внимание на двух преследователей. Лошади шли вплотную друг за другом, первая из них осторожно пробиралась между валунами на склоне.

Ее всадник сидел на спине животного легко и непринужденно.

«Отличный наездник, — подумал Гарсия невольно. — Знает, как нужно откинуться назад, спускаясь по склону, и предоставляет лошади самой выбирать путь».

Гарсия пригляделся и увидел, что вторая лошадь идет без всадника. На ней было седло или чепрак, но ее явно вел всадник на первой. Хуан снова сосредоточился на этом человеке. В его непринужденной манере сидеть верхом было что-то знакомое.

— Эй! — Верный Глаз внезапно издал радостный вопль. — Это же Серая Цапля!

Глава 31

Казалось, они прождали вечность, пока Серая Цапля пересек каменистое дно долины и поднялся по склону к отряду. «Все в порядке», — догадался Гарсия. Угнанным лошадям дали время попастись и немного отдохнуть. Маленькие жеребята уже пришли в себя и принялись играть. Время от времени то одна, то другая кобыла взволнованно ржала, стараясь отыскать своего отпрыска. Пара всадников объезжала табун, успокаивая лошадей.

Серая Цапля наконец приблизился, восседая на черном жеребце и ведя в поводу симпатичную пятнистую кобылку.

«Моя догадка оказалась верной, — понял Гарсия. — Самые лучшие лошади были привязаны возле типи».

Серая Цапля выехал на поляну и легко спрыгнул с лошади на землю.

— Нас больше не преследуют, — угрюмо бросил он через плечо, подходя к ручью, чтобы напиться.

Он почти ничего не сказал, но всем стало очевидно, что Серая Цапля отомстил за родителей. Высокий Олень молча указал на испачканное кровью плечо пятнистой кобылы.

Гарсия подал знак, и отряд приготовился к выступлению. Лошади без седоков привыкли к тому, что их гонят впереди, и двигаться стало проще.

В следующие несколько дней путешествия появилась возможность осмотреть недавно захваченных лошадей. Гарсия с радостью отметил, что многие, особенно кобылы и жеребята, очень хороши. На самом деле, плохих лошадей было совсем мало.

«Это вполне объяснимо, — сказал он себе. — Только лучшие лошади Европы отбирались для экспедиций в Новую Испанию. И последующие поколения продолжали породу».

Его заинтересовала одна гнедая кобыла, судя по всему уже немолодая. В гриве ее мелькали белые пряди, выдающие солидный возраст. Лошадь была худа, но в хорошей форме, и у нее имелся прекрасный жеребенок. Самым интересным оказалось небольшое клеймо на левой стороне ее шеи. Военное клеймо, поставленное много лет назад перед погрузкой на идущий в Испанию корабль. Молодой человек ощутил странное ностальгическое родство со старой кобылой.