Костер разожгли, и Народ собрался на Большой Совет. Несколько вождей уже сказали речь, но все племя ждало главного события вечера, речи нового вождя.

Наконец настал его черед.

«Он такой красивый в новой белой одежде», — подумала Высокий Тростник.

Она много часов с любовью сшивала лоскутки оленьей кожи.

На груди у Гарсии висел амулет. Серебряная отделка заблестела в свете огня, когда испанские удила Лолиты слегка зацепились за рубаху на его груди. Хуан набрал воздуха и постарался не обращать внимания на потеющие от волнения ладони.

— Я — Снимающий Голову, — начал он звенящим голосом, — вождь клана Лошади...

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Не существует ничего более «американского», чем классическое изображение индейца верхом на лошади, охотящегося на бизона. Мы склонны рассматривать эту сцену не привязанной ко времени, а как нечто, существовавшее с незапамятных времен.

Но не только европейцы были когда-то чужаками на землях, которые теперь называют Новым Светом. Предки американских индейцев пришли сюда из Азии, переправившись через то, что теперь называется Беринговым проливом. Мы не можем точно сказать, когда это произошло, но с точки зрения геологии или археологии это было только вчера. Официально не существует индейских поселений старше двенадцати тысяч лет, но отдельные спорные находки могут и удвоить это число. Лошадь обитала в Новом Свете, но вымерла, и ее заново ввезли испанцы. (Лошади просуществовали достаточно долго, чтобы можно было охотиться на них какие-то восемь тысяч лет назад, но американские индейцы так и не приручили их. В те времена огромной индейской цивилизации, простиравшейся от Мексики до Южной Америки, не существовало, и все индейцы были охотниками и собирателями.) Даже бизон не является коренным жителем Америки. Давным-давно предки бизона (Bison latifrons) мигрировали из Азии.

Создается впечатление, что все мы — чужаки в Новом Свете. Полагаю, существует еще один способ стать чужим для той земли, на которой живешь. Мы отгораживаемся от собственной истории по той простой причине, что никогда не утруждались узнать ее. История вовсе не куча бобов (которыми, кстати, питались американские индейцы), не нечто, погребенное в позабытой библиотеке. Ее нужно почувствовать, ощутить, принять, чтобы она стала частью нашей жизни.

В своем предисловии к роману Дон Колдсмит рассказывает об испанских удилах, обнаруженных в бочонке с хламом в Оклахоме. Вот непосредственная встреча с нашим прошлым, будоражащая воображение. Я понимаю, что он должен был почувствовать. У себя в Техасе, за пределами Остина, когда ливни размывали верхние слои почвы, мы находили все, от наконечников стрел, возрастом в несколько тысяч лет, до заржавелых гвоздей, которые использовали первые поселенцы. Однажды мы нашли женское обручальное кольцо, распиленное, словно его пришлось снимать с пальца. На нем стояла дата, 1910, и две пары инициалов. Нам так и не удалось узнать по записям, кому оно принадлежало, но за этим кольцом скрывается некая история, и это должна быть очень трогательная история.

Не обязательно дожидаться ливней, чтобы обнаружить лошадей. Их разводит моя жена, арабских скакунов, и они так же стали частью нашей жизни, как и еноты в „бандитских" масках, которые по ночам приходят к крыльцу. Иногда, поскольку мы видим лошадей каждый день, мы забываем, как замечательно, что они вообще есть.

И мне кажется, что книга «Путь конкистадора» написана именно об этом. Это рассказ о том, как лошадь появилась в Северной Америке, но не только. Этот роман знакомит нас с людьми, которые жили здесь до нас.

Когда Снимающий Голову (Хуан Гарсия) оказался среди Народа, который станет известным как клан Лошади, его лошадь была не просто диковинным животным.