Высокое Желтое Облако без слов раскалил лезвие во второй раз. Мэтт уставился на пылающую сталь, и его внутренности сжались от страха, когда индеец вновь направился к нему.

— Твоя женщина, — сказал воин.

— Нет, — выдавил Мэтт сквозь стиснутые зубы, когда нож снова коснулся его плоти. — Ты можешь сжечь каждый дюйм моего тела, но она моя жена, и я не брошу ее.

— Я верю тебе, — сказал Высокое Желтое Облако. Он взглянул на Мэтта с невольным восхищением. — Ты смелый человек. Смелый, но глупый. Мне придется убить тебя для того, чтобы взять то, чего я хочу.

— Если ты убьешь меня, она навсегда возненавидит тебя.

— Мне не нужна ее любовь, — возразил воин. — Я хочу только подчинить себе ее волю, посеять мое семя в ее животе. Я думаю, что она даст мне сыновей. Много сыновей.

Он кивнул самому себе.

— Готовься к смерти, бледнолицый. Я слишком долго оставлял тебя в живых. Сегодня вечером она станет моей.

Мэтт встрепенулся, страх за свою собственную жизнь поглотила тревога за Лэйси. Он рвался из веревок, которыми был привязан к столбу, с единственной целью освободиться и убить этого человека, который говорил о Лэйси, как о кобыле для зачатия потомства, как о ком-то, кого можно использовать и оскорблять. Внезапно в его затуманенном мозгу появилась идея. Расправив плечи, он свирепо посмотрел на Высокое Желтое Облако.

— Ты позоришь наш народ, — сказал он с достоинством, которое смог изобразить в подобном положении.

Высокое Желтое Облако нахмурился.

— Что ты хочешь сказать?

— В моих жилах течет кровь Динехов, — надменно заявил Мэтт.

— Ты лжешь!

— Я говорю правду. Моя мать была дочерью Чирикахуа. Ее звали Колибри.

— Мне ничего не говорит это имя, — возразил Высокое Желтое Облако. — Но если ты утверждаешь, что ты нашей крови, то я буду сражаться с тобой за женщину.

— Это меня устраивает, — ответил Мэтт.

Индеец по-волчьи усмехнулся. Никто в деревне не владел ножом и копьем лучше, чем он.

— Мы будем сражаться, — самоуверенно заявил он. — И ты проиграешь.

— Может быть, и так, — ответил Мэтт. — А может быть, и нет.

— Мы будем сражаться сейчас, — решил воин. — Сегодня ночью она будет греть мою постель.

— Я ничего не ел и не пил два дня, — заметил Мэтт. — Как насчет тридцати минут на то, чтобы я смог поесть и размять ноги?

— Как хочешь, — самодовольно согласился Высокое Желтое Облако. — Но это тебе не поможет.

Воин разрезал веревки и сказал Мэтту:

— Я прикажу одной из женщин принести тебе что-нибудь поесть. Не пытайся увидеть свою женщину или уйти отсюда.

Мэтт кивнул, и Высокое Желтое Облако направился к своему жилищу. Оставшись один, Мэтт стал разминать руки и ноги. Он до сих пор чувствовал тупую боль от ожогов на животе, но сейчас это было неважно. Он несколько минут ходил взад и вперед. Старая индианка принесла ему полдюжины ломтиков холодной оленины и маленькую бутыль из тыквы с холодной водой. Усевшись спиной к столбу, Мэтт начал медленно жевать пищу и потягивать маленькими глотками воду. Было бы неразумно проглотить все залпом, чтобы пища осела в желудке тяжелым комом.

Он съел только половину мяса и выпил половину воды, а затем вылил остатки себе на руки и лицо. Затем он прислонил голову к столбу и закрыл глаза, стараясь расслабиться.

Пятнадцать минут спустя Высокое Желтое Облако бросил нож на колени Мэтта.

— Поднимайся.