Помню, в моём прежнем мире у маглов были сказки про принцев-принцесс, превращённых в лягушек, которые основывались на развлечениях древних волшебников, которым не угодил кто-то из простецов. Почему бы и мне не поступить схожим образом?

— Я — милосердный король, Джейме, — награждаю Ланистера улыбкой. — И без того много крови уже пролито. Но и оставить тебя без наказания я не могу, а потому…

Новая волна шока, подкреплённого охами, ахами, руганью и молитвами (благородных господ уже не останавливает даже присутствие солдат рядом с ними и клинков в непосредственной близости от их тел). Вызваны же они были тем, что перед тронным возвышением теперь находился не поставленный на колени человек, а… златогривый лев, выглядящий крайне шокированным.

Трансфигурировав ошейник (строгий, с шипами на внутренней стороне), поводок и намордник, приказываю воинам увести преступника в соседнее помещение.

«Забавно будет увидеть его реакцию, когда он поймёт, что может говорить. Это ведь не анимагия, а всё та же трансфигурация. Только к сожалению для Джейме, поцелуя принцессы будет категорически недостаточно для того, чтобы вернуть истинный облик».

— Пожалуй, часть королевского леса стоит превратить в заповедник… для моих новых питомцев, — киваю стражнику, который поспешно подвёл следующего Белого Плаща.

* * *

Стоит ли удивляться тому, что оставшиеся Белые Плащи после моей маленькой демонстрации единогласно изъявили желание вступить в Ночной Дозор, чтобы тихо и спокойно гонять дикарей на севере? Когда же Безликие привели Мастера Над Шептунами, носящего прозвище «Паук», проняло уже и лордов: я превратил его в настоящего паука, потом раздавил и убрал при помощи чистящего заклинания.

Правда, плох тот король, которому служат только из-за страха (мой здешний отец это доказал). Поэтому следующим ко мне привели Мейса Тиррела…

— Лорд Тиррел, вы всегда были верны моему отцу… — задумчиво смотрю на отчаянно потеющего мужчину. — Готовы ли вы служить мне столь же преданно?

— Да, ваше величество; несомненно, ваше величество, — зачастил мужчина, хватаясь за соломинку, на самом деле являющуюся рыболовным крючком.

— Оголите правое предплечье и протяните руку, — приказываю Мейсу, который пусть и со страхом, но достаточно расторопно выполнил приказ. — Нарекаю вас, Мейс Верный Тиррел… Первой Рукой императора Вестероса.

С этими словами создаю заклинание, по своим свойствам похожее на метку Волдеморта, но проявляющуюся в виде изображения головы дракона (Таргариен я или кто?). Тут же верховный лорд Простора начал активно потеть и покраснел, ну, а чтобы от него не воняло, мне пришлось поддерживать чистящие чары, пока проклятье делало свою работу.

Чем хороши проклятья? В отличие от обычных заклинаний, их можно наложить на жертву и забыть, так как они сами себя будут поддерживать, за счёт внутренних резервов организма. Мейс пусть и не сильно жирный, но весьма полный мужчина, у которого есть лишний вес, который можно пустить на развитие мышечной массы (уже существующие мышцы увеличиваются за счёт дополнительных ресурсов).

— Служите верно, Верный Мейс, и моя щедрость будет велика, — разрушив проклятье, оставляю ошеломлённого мужчину осматривать себя…

«Не греческий бог войны, но тоже сойдёт», — мысленно хмыкаю, замечая, как лицо Тиррела становится крайне счастливым.

— Мой король, вы можете рассчитывать на меня и мой род, — склонил голову в низком поклоне вассал, оценивший неожиданные перспективы по достоинству.

Ну, а дальше был конвейер: кто-то присягал с готовностью, заверяя в своей верности, ожидая такого же подарка, какой получил владыка Простора, а кто-то превращался в зверей и отправлялся дожидаться своей участи.