«Нужно будет ещё и право отстранять неугодных за собой оставить… И вообще озаботиться наблюдателями, да клятвами верности, подтверждёнными при помощи магических контрактов».

Конечно же, продавить подобное решение можно и силой, тем более что у меня сейчас вся аристократия, которая имеет хоть какую-то власть, находится в кулаке. Однако, гораздо лучше будет, если реформа пройдёт под всплеск патриотизма народа, в связи с чем появление лича оказалось мне на руку. Что не отменяет угрозы и пакостной натуры этой твари.

Так как сейчас большую силу набрала Церковь Семерых, в совете им будут отданы образование и пропаганда, чего, если подумать, даже слишком много. В ряд с церковниками встанут лорды, которые лишаются прав на большую часть земель (которые становятся собственностью государства, а подданным даются лишь в аренду), но при этом остаются военной элитой, в руках у коей будет гибрид армии и полиции. Противовесом первым двум сторонам станут торговцы и промышленники, стать которыми могут даже крестьяне, но скорее всего будут третьи-четвёртые сыновья лордов, которым придётся отказываться от притязаний на титулы. Целителем может стать кто угодно, а вот место крестьянина — это скорее советник от профсоюзов, которые будут создаваться позднее (а я уверен, что без этого не обойдётся). Судья — это официальное прикрытие агента контрразведки, которому придётся заниматься и прямыми своими обязанностями. Разумеется, при необходимости каждый из них сможет нанимать сотрудников, согласно выделенному бюджету.

У кого-нибудь может возникнуть вопрос: а где же место волшебников? Ответ прост: где угодно. Они смогут работать на предприятиях, заниматься политикой, служить в органах власти… на общих основаниях, пусть и имея преимущества перед простыми людьми. Хотя я рассчитываю на то, что большинство из них либо продолжит развитие магии, либо подастся в судьи. Только вот… пока их численность не достигла и сотни, говорить об этом рано и глупо.

…

Первыми со стены были спущены металлические големы с башенными щитами, вооружённые мечами и булавами; вторым рядом ехали огнемётчики на железных самоходках, также защищённых бронепластинами (панцири с дулами); за ними следовали уже обычные воины в тёплом обмундировании и в бахтерцах, оснащённые ружьями и картечницами. По небу плыли тяжёлые дирижабли, с бортов которых летели ракеты…

— За Вестерос! — произношу усиленным магией голосом, стоя на одной из самоходок.

«Вот сейчас и увидим, чего я стою против тени слабого высшего мага».

(5)

Волны примитивных ракет, запускаемых с летающих кораблей, взрыли землю сотнями взрывов, разбросавших нежить, словно сбитые шаром для боулинга кегли. Ещё одна волна снарядов поднялась ввысь с земли, со стороны двигающихся за тяжёлой техникой пехотинцев, ну, а третий залп произвели бойцы, оставшиеся прикрывать армию со Стены. Таким образом, в первые же минуты боя враг понёс огромные численные потери рядового состава…

Ответ лича и белых ходоков не заставил себя ждать: полтора десятка ледяных пик, разогнавшись до каких-то совершенно неприличных скоростей, слаженным попаданием разорвали один из баллонов дирижаблей, заставив подбитое судно постараться приземлиться на относительно безопасную полосу земли. После того как вторая атака привела к разрушению ещё одного корабля, капитаны благоразумно ретировались за Стену… тем более, что свой боезапас они уже истратили.

В это самое время железные големы дотопали до рядов мертвецов, которые хлынули вперёд по телам своих менее удачливых сородичей, а в свете тусклого солнца сверкнули большие мечи.

Наш план был прост: слегка углубляемся на территорию противника и окапываемся, отражая волну за волной его нападения.