— Угу, к примеру, корабль был явлением, не охваченным их опытом, — возразил Холден. — Тем не менее они его не испугались.

— На корабль они смотрят как на другую форму материи, — нашелся Филипп. — Да и на нас самих. Мы для них всего лишь новая форма разума в незнакомой оболочке. — Он перевел задумчивый взгляд на пригорки, едва видимые в подступающей мгле, и протянул: — Но вот о чем они вообще не имеют никакого понятия?

Послышался тихий, словно сонный, голос Грейс:

— Солнце, ясное небо. Свет звезд над головой. Всего этого они не видели никогда.

— Не стану возражать, — сказала Селестина. — Но мы не сможем притащить сюда звезды. Они, увы, не портативны. Так что толку говорить об этом?

Грейс медленно поднялась на ноги, на ее лице возникло странно-сонное выражение, губы слегка приоткрылись. Она плавными, скользящими шагами направилась к Холдену и почти неуловимым движением оказалась у него на коленях. Мед ленно улыбнувшись, подняла лицо. Когда она заговорила, слова ее звучали нечетко:

— Отнеси-и меня в кроватку, Холли. Я та-а-ак странно себя чу-у-увствую.

Прижалась щекой к его щеке и улыбнулась. Холден неистово покраснел и запротестовал:

— Послушай, Грейс, ты чего?

Она закинула голову назад, бросила чуть пьяный взгляд на Филиппа и Селестину и протянула:

— Тебя они-и-и смущают? Пара этих…

И выдала такое словечко, что Филипп изумленно вытаращил глаза, а Селестина с сухим смешком фыркнула:

— Ну и ну, маленькая тихоня!

Холден смущенно вскочил, крепко придерживая жену, которая прильнула к нему тесно и очень красноречиво. Сомнений в ее желании не оставалось.

— Чертовы твари, — буркнул Холден, — Но я, пожалуй, уведу ее отсюда.

Вернувшись через полчаса, объяснил:

— Малышке получше, но… э-э… у нее голова разболелась. Грейс извиняется за свою выходку. Вы уж ей не напоминайте об этом, ладно?

Селестина пожала плечами:

— Ни в ее поведении, ни в ее словах нет ничего предосудительного.

Но он жалобно продолжал:

— Как же положить этому конец? Если безропотно позволить манипулировать нами, черт знает до чего можно дойти. Поубиваем друг друга к чертям собачьим. Или еще чего натворим.

И вот двумя часами позже Холден, в печальном соответствии с собственным пророчеством, ворвался в каюту ван Хорнов и совершил посягательство на жену лучшего друга, в ходе которого едва не прикончил последнего.

Когда он опомнился и ушел, Филипп присел на край кровати — локти уперты в расставленные колени, пальцы бессильно переплетены, лицо озадаченное и несчастное.

Селестина отрывисто сказала:

— Не из-за чего убиваться. Что толку? Может, дать тебе снотворного?

Филипп поднял глаза и взглянул на жену, но, когда он заговорил, то мысли его были далеко.

— Портативная звезда, — произнес он.

— Ты о чем?

— Портативная звезда. Это могло бы сработать.

Он вскочил с места, пальцы непроизвольно сжались в кулаки, движения стали порывистыми.

— Подобное положение вещей не может продолжаться, разве непонятно?

— И что ты намерен предпринять?

Вместо ответа он выскочил из каюты и бросился в машинный отсек. Лихорадочно, с вдохновенным выражением лица, Филипп размонтировал регенератор воды и отделил сосуды с газами. С крайней осторожностью перекрутил оба шланга, закрепил их проволокой от запасного электроаккумулятора, после чего соединил прозрачную кварцевую элгиновскую трубку с совмещенными штуцерами обоих шлангов.