– Да… встречался с ним очень близко – вот так, как с тобой. Честно говоря, я был последним, кого он видел в своей жизни. Помнится, я даже замарал куртку его кровью – но извини, я ее давно выбросил.

– А! – воскликнул Вендурис, окончательно остановившись и устремив на Девлика взгляд из‑под насупившихся косматых бровей. – Так ты – Черный Демон Сорген! Тогда разговоры, на самом деле, совершенно напрасны. Судьба и рука пресветлого отца, Бога‑Облака, свела нас с тобой для того, чтобы свершилось праведное отмщение!

Багровая гарда сверкнула темным, кровавым светом. Ярость, имей она цвет, сияла бы именно так!

– И что же? Ты не скажешь мне ни слова о прощении и смирении, облачная душонка? Не попробуешь просветить заблудшего, направить и пожалеть? – спросил Девлик равнодушным тоном, словно читал по написанному. Вендурис старательно затряс головой.

– Каждое слово – яд, ржа, гниль и погибель. С таким, как ты, говорить бесполезно и опасно; лишь меч может стать подходящим языком.

Не желая, чтобы дело у него расходилось со словом, Вендурис молнией скользнул вперед и нанес мощный удар. Излишняя самоуверенность сослужила Девлику плохую службу: дабы не дать врагу разрубить голову, он был вынужден податься назад и прикрыться щитом. Ужас на мгновение мелькнул, подымаясь из глубин сознания, всплывающая к поверхности реки дохлая рыба. Тупая, исчезающая и невозможная, а потому более страшная, левую руку объяла боль. Пепел Ассаха, возможно, помог Девлику сохранить плоть и кость – но не щит. Щепки и обломки железа посыпались вниз, а рука безвольно опустилась вниз, перевитая бесполезной теперь лямкой. Ошеломленный Девлик метнулся прочь, защищаясь Вальдевулом, тыча им совершенно безо всякого смысла. Тем не менее, Вендурис, похоже, был во власти настоящего яростного безумия и не соображал толком, что делал. Еще один его удар разрубил пустоту высоко над головой провалившегося в воздухе Девлика, а меч колдуна впился Вечерней Звезде в ногу. Вендурис звонко вскрикнул и завертелся волчком. Из длинной раны на его бедре хлестала кровь.

Девлик поспешно набрал высоту, чтобы оттуда попытаться атаковать. Клац! Их мечи скрестились и сотрясли воздух протяжным, гулким громом. Вороха ярких даже в утреннем свете искр полетели по сторонам, да и сами бойцы тоже отшатнулись друг от друга. Девлик едва удержал Вальдевул, который с жалобным звоном пытался выскользнуть из его ладони куда‑то вверх. Вечерняя же звезда увела вцепившегося в нее обеими руками хозяина вниз и в сторону, открывая вывернутую шею со вздутыми жилами. Увы, Девлик не мог ничем поразить ее – разве что кулаком в перчатке, обшитой металлическими полосками. Левая рука едва слушалась его: удар получился слабый, скользящий. Девлик попал Вендурису в ухо и содрал кожу, отчего на волосы, шею и плечо волшебника потекли несколько струек крови. Застонав, Вечерняя Звезда по отлогой дуге взлетел повыше противника на тройку саженей. Пораженное ухо он прижал ладонью, а губы шептали заклинания. Девлик напрягся, ожидая атаки, но так и не дождался ее. Вместо этого он увидел, как Вендурис быстро поцеловал свою ладонь, а потом последовательно прижал ее к ранам на бедре и голове. При всем при этом волшебник спиной пятился в сторону Облачной крепости, явно намереваясь прекратить бой. Девлик не собирался его отпускать. Не тратя времени на магию, он нагнал занятого лечением Вендуриса и нанес ему хитрый боковой удар. С полным отчаянной злости воплем волшебник поддался обману наполовину: меч он выставил вверх, однако и сам скользнул чуть назад. Острие Вальдевуло промелькнуло под стеклянным лезвием и распороло кафтан Белого на животе. Крови выступило совсем немного. Вендурис, не замечая раны, воздел меч, который мрачно блеснул на фоне выглянувшего из‑за стен Крепости солнца. С новым воплем волшебник совершил отчаянный выпад, вперед и снизу вверх.