|
Простым ли ударом, или волшебством принцесса содрала с груди колдуньи значительный кусок кирасы вместе с одеждой, так что повелительница саламандр билась теперь с обнаженной, залитой яркой кровью грудью. Пламя на ее кривом мече казалось каким‑то тусклым и вообще едва тлело, а не пылало, как обычно. В тот самый момент, когда Девлик, отдрейфовал в сторону, чтобы мечущиеся по небесам фигуры Земала, Бейруба и Барвека не заслоняли ему женщин, Хойрада в отчаянном выпаде достала Мароллу острием огненного меча. Принцесса смогла изогнуться – так грациозно и соблазнительно, словно она танцевала любовный танец, а не сражалась – и избегнуть удара. Складки ее просторного одеяния на рукаве затрепетали, как крылья птицы, и вспыхнули! Не обращая на это внимания, Маролла мощным взмахом руки направила свое копье по дуге: над головой – и точно в голову колдуньи. Жало молочного цвета готово было вонзиться в ощеренные зубы Хойрады и размолоть их на кусочки, но колдунья тоже смогла увернуться… почти смогла. Вместо головы, копье ударило по руке с мечом, не успевшей скользнуть в сторону. Тут же, не пронзая плоти, копье обратилось змеей и споро обмоталось вокруг запястья Хойрады. Даже издалека было слышно, как дико завопила колдунья – видно, хватка змеиных колец была очень сильна. Маролла дернула свой «поводок», разворачивая Хойраду боком, чтобы со стороны плененной руки беспрепятственно поразить колдунью кистенем. Вниз отправилась струя крови, из‑под тугих колец наружу полезли лохмотья – не то ошметки рукава, не то клочья кожи. Хойрада метнулась вниз, чтобы хоть как‑то спастись, но кистень все равно настиг ее и врезался в плечо. Рука колдуньи выгнулась под неестественным углом, а сама она уже непрерывно визжала, как щенок, которому бревно раздробило позвоночник. Кувыркаясь, Хойрада оторвалась от принцессы и полетела к земле. Больше всего она походила на сломанную и выброшенную куклу, потому что рука, правая рука осталась там, где ее поймало копье. Из плеча колдуньи конечность вырвало, кажется, с корнем. В тот же момент, когда Хойрада лишилась части тела, копье стремительно приняло прежнюю форму. Едва размахнувшись, Маролла послала его вослед падающей противницы. Возможно, это было излишней предосторожностью и колдунья умерла бы сама собой? Копье настигло Хойраду у самой земли, остановило ее вращение и пришпилило к измятой траве намертво, как булавка бабочку.
Последнюю фазу боя Девлик видел уже в полете. Воспользовавшись тем, что принцесса сосредоточилась на Хойраде, он незамеченным подобрался к ней со спины. До нее оставалось не более сажени, когда Маролла непостижимым образом ощутила опасность и рванулась вбок, одновременно оборачиваясь и нанося слепой удар кистенем. Вблизи принцессы Девлик почувствовал странное головокружение. Все в глазах стало расплываться, хотя и не настолько, чтобы он не мог ничего разобрать. Не приходилось долго гадать – это один из хитрых трюков, магическая защита Белых, воздействие на разум, в котором они так сильны. Вероятно, если бы Девлик был обычным колдуном, ему бы пришлось и вовсе не сладко. На мертвеца это действовало гораздо слабее. Взмах Вальдевула все равно пришелся в пустоту, вернее, он попал – но только в высокий каблук левого сапога Мароллы, который и срубил напрочь. Свистящий и воющий шипастый шар кистеня пролетел над головой Девлика и ушел далеко в сторону. Принцесса казалась ошарашенной и испуганной, к тому же, очень хорошо, что ее опасное копье намертво застряло в Хойраде. Воспользовавшись замешательством Мароллы, Девлик одним могучим рывком взлетел вверх, причем в буквальном смысле у нее под носом. Мимоходом он ухитрился даже как следует поддать принцессе носком сапога по лбу. Частенько волшебники, защищенные от ярости магических стихий и колдовского оружия, оказываются беззащитны перед самым простецким ударом… Так и здесь: принцесса суматошно замахала руками и провалилась в воздухе, будто бы оступилась и попала в яму. На лбу ее немедленно выступила кровь, а вокруг длинной ссадины набухла багровая шишка. |
