– Нет, я не солдат, – сказал Есугэй.

– Вы – легионер. Вы можете надеть сколько угодно тотемов, но все так же убиваете за Империум.

– Многие из тех, кто убивает, не являются солдатами. Думаю, вы убивали, по-своему.

Вейл повернулся к нему. Есугэй увидел бледное, морщинистое лицо. Щеки все еще были впалыми, а глаза окольцованы черными кругами.

– Я не могу сказать вам то, что вы хотите знать, – сказал Вейл. – Она спрашивала меня много раз.

– Тогда расскажите о своей работе.

Вейл засеменил прочь от иллюминатора.

– Что вы хотите знать?

– Все.

Вейл рассмеялся.

– Это займет много времени. Думаю, больше, чем у вас есть. Женщина сказала, что на вас охотятся.

Есугэй почувствовал небольшой, но чувствительный укол досады. Голос у человека был лукавым, с изящным терранским произношением, который говорил о высокомерии и скуке. Он плохо соотносился с тем перепуганным и умирающим от голода человека, которого спасли на Эревайле.

– Любую войну можно выиграть, – сказал Есугэй. – И эта не отличается от прочих.

– Нет, думаю, эта очень отличается, – Вейл одарил его холодной улыбкой. – Женщина…

– Ее зовут генерал Раваллион.

– … сказала мне о вашем затруднении. Вы – библиарий Легиона, не глупы, а значит, мне нет нужды притворяться. Варп – обитель не только штормов. Если «они» могут обращаться к бурям, то могут и окружить вас ими. Вы не попадете домой.

– Это приказ Кагана. Он будет выполнен.

Вейл скептически посмотрел на него.

– Вы и в самом деле так думаете? – Он повернулся к грозовому пророку и для выразительности ткнул в его сторону костлявым пальцем. – Пусть он и примарх, но управлять потоками ему не под силу. Они – движения душ, разумов, которым живые придали форму. Вы не сможете силой проложить путь, если попытаетесь, эфир ответит. Крупные пути загустеют, малые – пересохнут. Ваши враги будут скользить сквозь тьму, как по воде, а вы будете тащиться через топи.

– Я не знаю варп так, как вы, – сказал Есугэй. – Но я знаю, что он не так прост. Иначе, всякое движение было бы невозможным.

– Есть уровни, – нетерпеливо пояснил Вейл. – Да, есть стратум этерис, поверхностные пути. Есть стратум профундис, крупные каналы на большей глубине. А есть стратум обскурус, источник ужаса. И как это вам поможет? Никто из живых людей не сможет плавать глубокими путями. Даже он не смог.

– Но вы пытаетесь создать их карту.

– Это было невозможно. – Вейл разочарованно покачал головой. – По крайней мере, на счет этого он ошибался. Это не зеркало. Океан движется, как живое существо. Он и есть живое существо. Коснись его и он колыхнется.

На миг Вейл потерял свою уверенность.

– У меня нет Ока, но кое-что я все же вижу. Я изучил то, что они изучают. Сложность… бессмертна.

– Попробуйте объяснить, – тихо сказал Есугэй. – Я быстро учусь.

Вейл выдохнул, его глаза расширились.

– Пучина – это океан. Все знают, что у нее есть течения, глубина, шторма. У поверхности вы можете видеть свет Картоманта. Можете следовать за ним. Можете использовать свою защиту Геллера, закрываясь тем самым от Разумов. Но даже тогда вы всего лишь находитесь под верхней границей. Погрузитесь глубже, и защита разрушится. Огни погаснут. Око ослепнет. Когда люди говорят, что пересекают варп – это хвастовство, так как смертные всего лишь скользят по лику вечности, как камни, брошенные ребенком. Это не наш мир. Он – отрава для нас, и чем глубже, тем сильнее.

– Ашелье пытается уйти глубже?

– Кто знает? Может быть.