Большое здание в центре, к сожалению, не несло в себе никаких сокровищ. Моё внимание привлекли уже знакомые воины в доспехах, осаждавшие замок. Когда-то здесь случилась схватка, причину которой мне обнаружить не удалось.

В углу помещения я увидел дыру в полу. Похоже, это был проход в подпол, но со временем доски, прикрывавшие его, прогнили и провалились вниз.

«Не то, что я искал», — с легким разочарованием подумал я.

Мне казалось, что босс должен охранять нечто ценное. Однако все же не мешало заглянуть в подпол, тем более, что при виде доспехов защитников замка в голове появились догадки.

Подойдя к дыре, я с удивлением оценил необычную для сельского дома глубину. Тут было не меньше пяти метров.

Несколько минут ушло на то чтобы убедится в отсутствии нежити. Спустившись, я обнаружил подземный коридор. Его направление легко угадывалось и без знания местности.

Глава 27

Сомнений в том, что подземный ход ведет в замок, у меня не возникло. Именно в ту сторону был направлен высокий, затянутый пыльными тенетами коридор. Да и других вариантов в этой пустынной местности попросту не было.

Я осознал, что у меня появилась возможность попасть в замок раньше остальных и продолжить его исследование. Главное, чтобы проход нигде не обвалился, но, судя по засушливому характеру местности, шанс этого был крайне мал.

— Что там? — послышался голос Монгола сверху. — Коготь, ау-у.

Уже поднимаясь обратно, я сообщил о находке Монголу. Выбравшись из подземелья, встретился с его задумчивым взглядом.

— И что думаешь? — спросил он.

Не спеша отвечать, я ещё раз всмотрелся в лицо своего знакомого. Судя по нему, идея сунуться прямиком в логово врага не вызывала восторга.

— Думаю, спешить не будем, — произнес я. — Подумать надо.

Удар бревном все еще аукался острой болью под лопаткой. Помимо этого, он произвёл отрезвляющий эффект, убавив желания лезть в пасть ко льву.

В это время от входа послышались голоса. Обернувшись, мы увидели, как сюда подходят остальные. Люди из группы Монгола тут же заинтересовались доспехами на костяках, сваленных у входа.

Бойцы Максиса, хмурые от потери соратника, также остались там отдыхать. Как отряд принял «маневр» Ладоги, было непонятно, но бунта там не случилось. Сама менталистка и ее брат подошли к нам.

Я посмотрел на Максиса и понял, что сейчас из того боец не выйдет. Миг смертельной опасности и гибель товарища, кажется, вышибли из него дух. Судя по потерянному взгляду, мыслями он был далеко отсюда.

В противовес ему, Ладога держалась молодцом. Явно получив неслабый откат от перегруза способностей, она выглядела слабой, но взгляд оставался острым.

Монгол продемонстрировал находку подошедшим брату и сестре. Подтверждая мою оценку, Максис не выразил вообще никакого мнения. Кажется, все, чего он сейчас желал — вернуться домой, в безопасность и уют. Вместо него слово взяла Ладога, что и была реальным командиром группы.

— Отряд понес потери, наши друзья деморализованы, — сухо сказала она. — Да и мы с братом не в состоянии продолжать сражаться.

— Это да, — кивнул Монгол. — Защитники заканчиваются… верно.

Ладога хмуро посмотрела на него, но нечитаемое выражение лица не давало понять, была это подколка или упрек. Очевидно, Монгол не одобрил увиденного. С обвинениями не лез, но ситуация наверняка убавила желания работать вместе.

«Менталисты едва ли будут любимы в обществе, — отметил я. — Уж больно специфические навыки».

— Полученной добычи нам более чем достаточно, — одарив Монгола долгим взглядом, сказала Ладога.