— Так я говорил уже, — я почесал затылок. — Как портал этот увидел, думал, кукухой двинулся. Ну и прибухнул маленько…

Говоря это, я мысленно поблагодарил себя, что заранее обратился по поводу пропажи Сани. Сделав первый ход, да и наладив с полицейским дружеское общение, сейчас я оказался в куда более выгодной ситуации. В противном случае, полицейский бы завалился ко мне в квартиру, и непонятно было, как все будет.

— И чего теперь? — я поддержал шуточный тон полицейского, желая понять вектор дальнейших действий. — Меня будут допрашивать, куда Саню дел? Или в дурку?

— Да не парься ты, — усмехнулся Михайлов. — Сейчас это уже не фантастика, а реальность.

— Ага, — кивнул я. — Дела творятся еще те.

— Жаль, конечно, что в автобусе камеры не было, — добавил Михайлов. — Была бы видеофиксация момента переноса, и никакой возни бы не понадобилось.

Я же, наверное, впервые в жизни был рад, что нас возили на старых пазиках, где никто не парился об установке видеонаблюдения. Иначе у меня сейчас были бы серьезные проблемы.

— Ладно, — махнул рукой Михайлов. — Может, найдутся уличные записи с хорошим обзором…

Последняя мысль мне откровенно не понравилась. Мы жили во времена, когда вся улица была утыкана камерами. Если Михайлов будет достаточно усерден, велика вероятность, что он найдет запись и поймет, что в портал попал не только Саня, но и я.

«Если Михайлов докопается, то будет плохо, — произнес внутренний голос. — Моя важнейшая тайна попадет в его руки».

А как этим распорядится участковый? Доложит начальству, как верный пес? А может, придет ко мне и попросит что-нибудь за молчание? Или предложит свою помощь? В любом случае моя судьба будет зависеть от решения постороннего человека. Допускать такое было нельзя, но что я мог сделать?

«Для начала хватит зацикливаться на вопросе с Саней, — произнес внутренний голос. — Пока он и правда ничего не заподозрил».

— И все-таки, — сказал я. — А зачем вообще такая подробная суета по поводу участников? Его реально ловить будут?

Я показал рукой на билборд, где продолжал излучать брутальную брутальность силуэта Когтя в темном плаще.

— Не только он прячет лицо, — посерьезнел Михайлов. — Есть и другие, и они потихоньку обретают силу…

Он промолчал, но мне было понятно, о чем речь. Всеми силами пытаясь избежать интереса государства, я еще не задумывался о том, что будет, когда адепты Пути обретут больше силы. Что они начнут делать в реальном мире?

— Начнут творить дела, и как их ловить? — невольно вторил моим мыслям Михайлов. — Тут хоть сам становись суперполицейским.

Он вздохнул, не утаив сожаление. Я вспомнил о горячем желании Михайлова пополнить ряды адептов. Именно на этой почве мы наладили общение в прошлую встречу. А мог ли я сыграть на этом? Отвести его от дела, которое было опасным для меня.

В голове начали зарождаться смутные идеи.

— Ты говорил, что можешь сам влезть в это, — произнес я. — У тебя вроде как друзья. Не узнавал?

Михайлов тут же помрачнел.

— Узнавал, — кивнул он. — Там, говорят, программа отбора, как у космонавтов, так еще и проверка по безопасности такая, что трындец.

— То есть, набор все-таки идет? — заинтересовался я.

Я спросил и сам мысленно себя обругал. Мой интерес мог показаться странным. Однако Михайлов, видимо, сам поглощенный этой темой, даже не заметил.

— Еще как! — с жаром произнес он. — Говорят, хотят взять под контроль всех игроков, и думаю, то же самое и в других странах. Сделают, как в Китае.

Я кивнул. Я хоть и следил за мировыми делами лишь краем глаза, но знал, что Китай с этим вопросом разобрался резко и кардинально.