— Еще кстати интересно, — вновь открыл рот умник. — Кто он такой, если умеет делать такие вещи? Ну телепортация там…

— Читер? — предположил его друг. — Или бета тестер какой? Если игра, то может, были те, кто попал в нее раньше.

В этот момент наконец загорелся зеленый, люди двинули на перекресток. Мне с компанией было не по пути, поэтому дальнейшего разговора я не слышал.

Уже не обращая внимания на разговоры людей, я понял, что недооценил резонанс, вызванный состязаниями. Да, я видел, что в интернете все только и обсуждают происходящее, но все это воспринималось как нечто отдаленное.

Только когда я пару раз услышал, как люди на улице говорят о состязаниях, то лучше начал понимать масштабы происходящего.

Событие без малого охватило весь мир. Люди на остановках, идя по улице, глядя в телефон, были заняты одним и тем же — они обсуждали игру или смотрели контент по ней. Загадочный ореол вокруг происходящего, острота жестокости, настоящая смерть в бескомпромиссном реалити-шоу — все это стало необоримым магнитом, привлекавших внимание общества.

«Ты теперь звезда, — смеялся внутренний голос. — Только смотри, как бы тебе крылья не подрезали».

Понимание масштабности происходящего только усилило актуальность дела, на которое я шел. С этими мыслями я наконец вошел во двор, где находилась дежурка. Поднявшись по пандусу со ржавыми перилами, я подошел к железной двери. Удача сегодня благоволила мне — Михайлов был на рабочем месте.

Внутри меня ждал коридор-приемная с парой стульев. Пройдя по нему, я постучал в дверь и вошел в кабинет госсотрудника низшего звена со всеми его атрибутами. Взгляд пробежался по дешёвой мебели, шкафу, забитому папками, и небольшому столику в углу с чайником и покрытыми коричневым налетом чашками. На стене сбоку висел дешевый телевизор, показывающий какие-то государственные ролики.

Уткнувшийся в телефон Михайлов даже не посмотрел на меня.

— Да? — запоздало сказал участковый и добавил: — Войдите.

— Приветствую, — кивнул я.

Тот еще пару секунд что-то тыкал в телефоне, прежде чем без интереса посмотрел на меня. Судя по усталым глазам, он то ли не выспался, то ли слишком много работал. Но чуть нахмурившиеся брови дали понять — он меня узнал.

— Я… — начал было я.

— Помню, — кивнул Михайлов. — С подъезда Петровны. Че-то с ней?

— Нет, — покачал я головой. — Я заявление о пропаже человека хочу подать.

Глаза участкового расширились в удивлении. Однако на этом его эмоциональный порыв и закончился.

— Подавай, — хмыкнул он.

Подождав — видимо, в надежде, что я передумаю — он с тяжелым вздохом встал. Порыскав на полках, он достал чистый лист и еще какую-то папку и положил передо мной.

— Вот образец, — сказал он. — Так шапку заполняешь. Только числа ставь нормальные. Ну и паспортные данные, само собой.

— У меня нет его паспортных данных, — покачал я головой. — Это мой коллега с работы.

— Тогда указывай место работы, — нахмурился Михайлов. — Адрес, места, где часто бывает — все, что знаешь.

На этом он потерял ко мне интерес и, вновь что-то потыкав в телефоне, с тяжелым вздохом достал толстый журнал и начал в него что-то записывать.

Не став терять время, я изложил все, что знаю — благо, обо всем подумал заранее. Справившись минут за десять, я молча протянул участковому листок. Без единого слова тот взял его.

— Номер телефона еще оставь, — сказал он. — Потом тебе позвонят.

Он мельком пробежался взглядом по написанному, после чего его глаза удивленно расширились.