— И это тоже, — кивнул полицейский. — Вот нас на обходы и отправили — психов успокаивать, мародеров шугать, пострадавших отыскивать. А у меня и без этого дел…

Последнюю фразу он произнес со значением. Судя по вспыхнувшим глазам, Михайлову не терпелось что-то рассказать.

— Че-то по делу? — поддержал я его. — По твоему?

— Ага. В Общем, кажется, у меня получилось, — полицейский понизил голос до заговорщицкого тона. — Дадут мне войти в игры!

— Да ну! — удивление даже не пришлось изображать. — Че вот так просто эти штуки дадут светящиеся?

— Ага, просто, — поморщился Михайлов. — Вообще не просто.

Разговор меня заинтересовал ненашутку. Благо Михайлов и сам хотел поделиться благой вестью.

— Колись, — произнес я.

— В общем, подписываешь контракт, — вздохнул Михайлов. — Тебе дают материал для развития, что позволяет ходить в аномалии и на игры эти.

— Пока звучит неплохо, — поощрил я его. — А что за контракт?

— По сути на «минку», но через левую организацию, — пожал плечами он. — У меня там парни знакомые. Говорят нормально, не кидают.

Михайлов в паре слов объяснил ситуацию. Набирали только тех, кто или уже работал в силовых структурах, либо имел опыт работы, то есть «своих». Человек получал начальный энергетический материал, что позволял ему идти в аномалии и игру. По контракту он обязывался оставлять половину добычи кураторам. За это они получали экипировку, неслабую зарплату и боевое братство, где можно было набирать группы.

— Серьезно. А че тогда аномалий так мало закрывают? — удивленно кивнул я. — Вон же землю трясет, говорят, это из-за вас.

— Так вот они и спохватились, — произнес Михайлов. — Мне позвонили буквально только что. Говорят я в первом наборе!

В последних словах прозвучала нескрываемая гордость. Я не сразу поверил. В моем понимани каждый энергетический материал должен был стоить серьезных денег, а тут набор людей. И только потом я понял, что появление аномалий многое изменило.

«Ты сам завалил кучу гоблинов в соло, — напомнил себе я. — Если бы не объединял искры, то этого материала хватило бы на много людей для старта».

Я вспомнил, что объединял искры в одну только я один. Те же «стафеевские» все находки собирали в разные пробирки.

— Короче, платить сказали будут до трехсот косарей, — тем временем сказал Михайлов. — За это половину отдаешь. Неприятно, конечно, зато и экипировка, и все от них.

— А как они контролировать будут? — произнес я. — Что, если не все отдать?

И тут ответ был неожиданным:

— Ну видел же фракцию Мирная Земля, в которую все попадают, — произнес Михайлов. — Говорят как-то через нее как-то контроль идет. Да мне и самому зачем утаивать…

«Интересно это правда или им солгали. — мысленно спросил я. — В чьих руках контроль над фракцией?».

Тема с фракцией была очень интересной. Для меня до сих пор оставалось загадкой кто во главе Мирной Земли. Спрашивать об этом моего собеседника было бессмысленно.

«Хорошо что я в своей фракции». — подумал я.

Михайлов продолжал говорить о будущей работе с явным довольством. Я же понял, что для человека с улицы, вчерашнего участкового такая зарплата была неслыханной. Можно было забыть обо всех проблемах и сконцентрироваться на «каче». Тем более, экипировку тоже предоставлял работодатель.

— Слушай, а к вам можно? — спросил я.

Михайлов с сожалением покачал головой.

— Берут только тех, кто уже работает в силовых структурах, — сказал он.