Несколько секунд была тишина, после чего наконец я уловил шорох. На входе, где я убил двух противников, показался ксенос.

«Значит, всё-таки выжил, — мысленно отметил я. — Мне не показалось, что у одного сработал защитный артефакт».

Экипировка ксеноса была обожжена, но всё-таки щит выдержал атаку. Сам вид показался мне знакомым. И немудрено — стоило ксеносу снять капюшон, как показались локоны снежно-белых волос. Лицо девушки наполовину было закрыто маской, но и так было ясно, что это та бунтарка из лагеря.

Молодая адептка окинула меня взглядом, полным какой-то ошалелой ярости — видимо, ещё не отошла от гибели всей команды. Я даже подумал, что, ничего не понимая, девица бросится на меня. Нужно было срочно привести её в чувство.

— Докладывай статус группы, — повелительным тоном бросил я. — Быстро!

Последние слова я сдобрил лёгким ментальным посылом. Ксенос вытянулась, словно на докладе.

— Группа потеряна, — произнесла она. — Я последняя выжившая.

Моя уловка сработала. Смесь эмоций начала уходить, уступая трезвому сознанию. Девица уже не выглядела обезумевшей фурией.

— Ты… — произнесла она и осеклась.

В этот момент последний противник, что лежал у меня под ногами, дёрнулся. Увидев это, ксеноска поняла, что есть выживший. В её глазах тут же вспыхнул огонь прежнеё ярости.

— Успокойся, — произнёс я. — Давай-ка сначала допросим его.

Присев над воином я Когтем быстро срезал все внешние ремешки, избавляя его от разгрузки и прочей амуниции. Попутно осматривая броню я отметил её обшарпанный вид.

На шлеме часть объективов растрескалась, явно потеряв свою функциональность. Стоило его сорвать как взгляду открылась лысая голова с узкими глазами-щелочками и какими-то безликими чертами лица. Нос больше походил на небольшой бугорок с прорезями для дыхания. Рот не имел губ. Однако даже с такими чертами я по каким-то признакам понял, что он испытывает ненависть и страх.

— Кто это такой? — спросил я.

Ксеноска странно на меня посмотрела.

— Силы местной теробороны, — произнесла она. — Не видишь, что ли?

Она показала на плечо, где на светлой броне был изображён знак в виде алого круга и какой-то фигуры рядом.

Я мысленно выругался. Следовало поддерживать легенду, что я из организации, опекаемой Лигой срединных миров. Иными словами, если я начну задавать пленнику вопросы, ксеноска тут же поймёт, что я вообще не знаю никаких местных реалий, а значит — не тот, за кого себя выдаю.

— Ты. Допроси его, — бросил я. — А потом делай что хочешь.

Я пнул пленника. Со стоном тот скатился по лестнице. Ксеноска кивнула мне, а когда её взгляд опустился вниз, в глазах мелькнула тень былой ярости и безумия. Неуловимым движением она достала узкий стилет непонятно откуда.

Следующие несколько минут я наблюдал за техникой полевого допроса чужого мира. Схожая с моделью внешностью, девица действовала с жестокостью бывалого наёмника. Нож в её руках мелькал, словно в руках искусного фокусника.

Я же сделал себе зарубку — не вестись на внешность. Здесь, в гибнущем мире, не было случайных участников. Все присутствующие были существами, идущими по Пути Силы. Гуманизм и сострадание здесь были не в почете.

За несколько минут ксеноска выяснила наличие других засад на пути к медицинскому хабу, куда нас и должны были отвезти. В какой-то момент местный начал умолять о смерти, но жаждущая мести за гибель товарищей фурия всё не могла успокоиться.

— Эй, — произнёс я, вновь использовав ментальный посыл, чтобы привлечь внимание погрузившейся в свои эмоции адептки. — Довольно. Заканчивай с ним.

Та лишь кивнула. Один удар куда-то под ухо — и измученный пленник наконец затих навсегда.