Умар вскинул бровь и явно собрался заговорить об авансе, но Ротмистров опередил его, под столом передав наемнику чемоданчик.

— Аванс — двадцать. И еще раз просьба: реши вопрос максимально быстро.

— Времени маловато.

— Что поделаешь…

На выполнение операции среднему киллеру требуется три-четыре месяца — за это время он «разрабатывает» объект. Поскольку большая часть информации об Астрахане предоставлена самим Ротмистровым, Умару остаются расходы на оружие и помощь коллег, они даром рисковать не станут. У наемника есть сработанная группа поддержки, что очень хорошо. Некоторое время Умар промышлял похищениями и продажей девок за границу, заработал несколько миллионов долларов. На девках он и погорел. Обнаглел и продал в Турцию красавицу, у которой сестра была замужем за американским миллионером. Ну, не рассчитал кто-то из Умаровых людей… Приехала сестра, а младшенькой-то и нет. Нанял ее муж местных, чтобы найти пропавшую, — безрезультатно. Потом нанял неместных. Нашли. Умар почуял, что запахло жареным, и хотел уладить все мирным путем, но турецкий покупатель уперся, не захотел возвращать секс-рабыню. Начался международный скандал, Умара чуть не взяли, всех его подельников перебили. Пришлось ложиться на дно и новых набирать. Но вообще он человек надежный, работает чисто и скорее пустит пулю себе в лоб, чем сдастся полицейским.

Подошел официант, поставил на стол заказ.

— И вина красного, — проговорил наемник без акцента.

— Не засиживайся, Умар, время — деньги. — Ротмистров поддел рукав, чтобы взглянуть на часы, и вспомнил, что снял их.

— Не напрягай, — все так же без эмоций сказал Умар и притянул к себе порцию шашлыка. — Поедим. Такие дела на пустой желудок не делаются, шашлык здесь хороший, барашек молодой.

Ротмистров поковырял овощи, отправил в рот кусок мяса и запил чаем. Умар ел, не отвлекаясь. Не ел даже — утилизировал продукты. Такое впечатление, что вкуса он не чувствовал.

— Извини, Умар, я все-таки пойду — дела. — Ротмистров положил на стол деньги за обед. — До встречи.

Наемник продолжил есть, не удостоив его взглядом.

Сев в машину, Ротмистров вслух и довольно громко высказал все, что он думает о горцах и их взаимоотношениях с молодыми барашками. Сережа поддакивал, заводя мотор.

Наконец, слегка успокоившись, Генрих Юрьевич пару раз глубоко вдохнул и прислушался к чувствам: неприятный осадок от встречи… и облегчение. Умар Джемалдинов свое дело знает отлично. Теперь главное, чтобы он успел раньше, чем до Астрахана доберется полиция или МАС.

Влада, зажатая между дверцей машины и Данилой, кажется, не понимала, что ее куда-то везут. На водительском сиденье рядом с Моментом обиженно сопел Марио, Данила то и дело ловил в зеркальце его злобный взгляд и держал толстяка под прицелом. Избитых быков он оставил в доме Момента — пусть добираются своим ходом.

— Скоро приедем, — успокоил Данилу Марио, крутящий баранку.

Ехать оказалось совсем недалеко. Сквозь тонированные стекла Данила видел, что свернули на Рублево-Успенское шоссе, Рублевку в просторечии, некогда место блатное, престижное, теперь практически необитаемое из-за близости Сектора.

Люди Дона молчали, только хлюпал носом толстый Марио. Усатого, «мозг» троицы, Данила посадил рядом с собой. Шеф не делал резких движений — понимал, что его просто убьют.

Трехметровые сплошные заборы покосились, мародеры давным-давно разграбили шикарные дома, газоны поросли сорной травой. Даже, похоже, электричества здесь не было — та же печальная картина, что и в Химках.

Влада закашлялась — тяжело, со свистом, лицо ее покрылось потом, и Данила, пытаясь хоть как-то помочь, поддержать, не заметил, как приехали.