— Понятно.

Она прошла мимо него в каюту напротив, которая на любом другом корабле предназначалась бы для второго пилота. На этом корабле это была копия комнаты для оргий. Эллиана снова вздохнула и выключила свет.

— Наверное, вы готовы увидеть трюм, — сказал дэа-Корт и показал ей, как открывать дверь и как ввести свой собственный код.

Дверь отъехала в сторону, зажегся свет — и первое, что она увидела, были те же проклятые зеркала. Она едва успела удивиться, как это человек способен быть таким павлином, — и тут увидела остальное.

Некоторые вещи она могла назвать: шелковые веревки и кожаные хлысты, несколько не слишком странных приспособлений, выложенных в коробках, качели, прикрепленные к потолку, столб с укрепленными наручниками. Однако большая часть оставалась непонятной. Например, для чего мог понадобиться стол такой странной формы, или скамья с противовесом, или…

Эллиана судорожно вздохнула, медленно повернулась и подняла голову. Решительно посмотрев в глаза дэа-Корта, она прочла в них сочувствие.

— Мастер дэа-Корт, мне нужен ваш совет, — проговорила она, все еще придерживаясь модальности разговора двух взрослых.

— Преподаватель математики, спрашивайте.

Она заставила себя не опускать голову и говорить ровным голосом, но ее спрятанные за спину руки нервно дергались, сплетая пальцы в потные узлы.

— Я считала, — сказала она, — что получила рабочий корабль. Похоже, вместо этого я получила… бордель. Как вы оцениваете время и расходы, необходимые для того, чтобы вернуть корабль к его первоначальным… параметрам?

— Ни кантры, — немедленно ответил он, — и примерно три дня. Или четыре, в зависимости от того, какую бригаду получу.

Он ухмыльнулся.

— И вовсе не надо смотреть на меня так, словно я собираюсь вам зубы рвать, — сказал он ей. — Я же говорил, что чел-Мара любил, чтобы все было бинджали, так? Эти игрушки кое-что стоят, если предложить их кому надо. А уж зеркала… Преподаватель математики, одной только выручки за зеркала хватило бы, чтобы переоборудовать корабль заново! Они ведь установлены на шарнирах, чтобы сохраняли ориентацию независимо от того, какое ускорение и вращение будет у корабля. И сделаны из сканерного стекла, чтобы выдерживали взлетные нагрузки и не текли. Редкое чудо, эти зеркала, и найдутся такие, кто оценит это чудо.

Эллиана прикрыла глаза, пытаясь размышлять, продумывать все шаги.

— А вы знаете нужных… нужных покупателей? Должна признаться, что я не…

— Я могу выступить посредником, — охотно вызвался он. — Возьму десять процентов от выручки. Мы приведем корабль к рабочему весу, вычтем оплату труда и материалов, а выручку положим на счет вашего корабля. Идет?

Она открыла глаза.

— Выручку?

— Наверняка останется кантра-другая, — ответил он, обводя взглядом сверкающую площадку для игр. — Некоторые из этих игрушек сделаны на заказ, да и зеркала цены не потеряли.

— О! — отозвалась Эллиана, испытывая немалую растерянность. Она наклонила голову, как предписывали правила. — Благодарю вас, сударь. Я принимаю ваши условия.

— Ну, вот и славно.

Он махнул рукой, пропуская ее вперед.

— Вы намерены пустить его в работу сразу же? — спросил он, когда они пошли по коридору обратно.

— Сразу же? Я… мне нужно сдать экзамен по пилотированию, — медленно проговорила Эллиана. — И… налетать время…

У нее за спиной раздался какой-то странный звук — словно мастер дэа-Корт чихнул.

— А вы не… Прошу меня простить.