— Зато есть наследство отца, — ответил Карапу. — Много сотен тысяч золотых граней.

— Миллионы вообще-то, — поправила женщина.

— И миллионы ещё, — согласился Карапу.

— И что? — насмешливо спросил кто-то из гостей. — Ты будешь кидать во врагов золото?

— Иногда золотые грани ранят сильнее, чем грани Двенадцати Тысяч Создателей, — ответил Карапу.

По наморщенному лбу было заметно, каких усилий ему стоило сказать умную фразу.

— Золото — оружие низких, — возразила тётя.

— Главное — оружие.

— Каков твой первый шаг, Карапу? — спросил мужчина в белом халате, с которым я беседовал у стены. — Ты ведь догадываешься, кто нанял головорезов?

Тупо моргая, Карапу Карехи уставился на него.

— Ведь догадываешься, да? — упавшим голосом повторил мужчина в белом.

Карапу Карехи задумчиво почесал затылок палкой:

— Это самое… Пока что у меня нет никаких шагов. Пока что посчитаем потери. Вы считайте, а я подожду.

В зал дворца влетел отряд небесных стражников. Настоящие менты — прибыли когда всё уже закончилось.

С ними вбежало много других людей. Одних окружали стражники в разных доспехах, с железными бляхами, которые обозначали принадлежность к родовым войскам. С ними прибыло несколько целителей. Распределившись по залитому кровью залу, начали оказывать помощь раненным.

Притихший зал заполнили стоны и бормотание. Иногда целитель отходил от раненного, сообщая:

— Нужен кристалл яркого озарения.

Или:

— Ничем не помочь, его Путь окончен.

Я отметил, что многие «раненные» оказались вполне живыми, просто вовремя притворились мёртвыми. Их отводили к стене зала и усаживали на скамейки или пуфики. Тут же набежали замотанные в тряпки служанки, предлагая питьё и еду.

Я же стоял в одиночестве и дрожал от холода. Пропитанная чужой кровью одежда облепила тело. Шок от случившегося не прошёл, я был в состоянии полного безразличия, но при этом отмечал каждую деталь, каждый звук, каждый жест окружающих.

Моего знакомого в белом халате окружили воины с бляхой, на которой блестели грани куба и размещался иероглиф «Хатт». Где-то я уже слышал эту фамилию… А, точно, стражник в арестантском автобусе объявлял остановку под названием «Домовладение рода Хатт».

Поймав мой растерянный взгляд, мужчина в белом халате велел стражникам подвести меня поближе.

— Меня зовут Рабб Хатт, один из старших рода Хатт, — сказал он. — От имени рода Карехи и союзных родов прошу прощения за случившееся.

Я отрешённо посмотрел на его чистый белый халат, не заляпанный и капелькой крови.

— Мы готовы восполнить твои душевные переживания разумным вознаграждением, продолжил Рабб Хатт. — Передай своему отцу, что…

— Эй-эй, — заорал Карехи со своего подиума. — Я ничего ему не обещаю. Это провинившейся из Прямого Пути. Ему ещё в свинарнике отрабатывать срок.

Рабб Хатт повернулся к Карапу:

— Твоя воля — твой Путь. Но как один из советников твоего отца, я рекомендую облегчить участь юноши. Это меньшее, что ты можешь сделать для того, чтобы не настроить против себя ещё и род Те-Танга.

Карапу досадливо махнул палкой, мол, ладно, сами решайте.

— Я улажу все дела в Прямом Пути, — обратился ко мне Рабб Хатт. — Считай свой срок оконченным. Род Карехи берёт на себя плату за твоё преступление. А ты иди домой.

Я покорно повернулся и зашагал по чавкающей крови.