— Гляжу, наша сорока всё-таки принесла что-то на хвосте, — Сашка не отрывал взгляда от суетящейся Мары.

— Чай не глупцы — видим, что есть новости, — колдун тоже пристально следил за метаниями серебристого роя. — Но как мы узнаем, что же выискала эта летучка? Она ведь не лучше иной пачвары: всё понимает, но молвить ничего не умеет.

— Не боись, чароплёт. Рядом с твоими уродцами моя Мара, что волхв посреди стада баранов, — заверила Ялка. — Уж что-нибудь да сообразит.

И Мара сообразила. Правда, наноразработка не изобрела ничего нового — пошла по накатанному некогда пути. Облачко разлетелось на мелкие серебристые пылинки над полянкой, вытоптанной людьми за день, и взялась за чертежи. Из ничего на земле стали возникать неглубокие бороздки-линии, плавно, словно волшебством соединяющиеся в рисунок. Сначала пыль схематично нарисовала плато волотов и окружающие горы. После на самой высокой из них, что высилась с противоположной стороны от обрыва в ущелье, у основания Мара обозначила полукругом неровный контур, будто некий нарост, переходящий с земли на скалу. В его центре нанопыль оставила небольшую закорючку.

— Всё? — поднял бровь Шаман, глядя, как Мара отлетела кверху и с удовлетворением зажужжала.

Высокотехнологичная подруга Ялки раздражённо звякнула, заметив непонимание людей, и опять приземлилась — чертить боковую проекцию. Существенно ничего не изменилось: гора, небольшой нарост непонятно чего у основания и одинокая закорючка в его толще, ближе к горному склону, пологим изгибом переходящему в грунт.

— Я так понимаю — это печать? — Шаман указывал пальцем на закорючку.

Мара утвердительно прожужжала, радуясь, что, наконец, хоть до кого-то дошло.

— Хорошо, а что тут со скалой? — Торрис ковырнул когтем загадочный налёт на боку горы. — Двойной слой, или как это понимать?

Нанопыль разочарованно звякнула, зависла на две секунды, и вдруг с уверенным восклицанием пулей покинула пещеру. Облако вернулось обратно, транспортируя небольшую сосульку. Через пару мгновений кусочек замёрзшей воды воткнулся остриём в рисунок.

— Пятая во глыбе льда, — вспомнила Ялка строку стишка, который Нес неоднократно бубнил себе под нос во время всего путешествия.

— Выходит, с одной стороны скалы природа намела массив из наледи, — предположил Сашка и тут же добавил: — Или не природа. По крайней мере, печать замурована внутри. Как её извлечь? Торрис, что думаешь? Сможешь выжечь заклинаниями лаз?

Колдун задумчиво теребил огромную бородавку на подбородке.

— Смотри, — заговорил он через минуту, — если эта жужжалка всё правильно нарисовала — значит, ледяной слой возвышается чуть ли не на десять саженей. А ежели глянуть сбоку, то видно, что печать запрятана не на поверхности, не в середине наледи, а у самого каменного склона, так что льда над ней достаточно. Локтей тридцать, не меньше. Мало того — эти проказы, которые удумали совать свои печати куда ни попадя, заткнули её не у самой земли, а на пару саженей выше. Туда так просто не добраться. Чтоб им еду каждый день так приходилось добывать!

— Короче, давай вердикт, — подгонял чародея землянин.

— В общем, хлопотное занятие, к тому же затратное на чары. Если бы не волоты — я смог бы управиться за пару дней. Но устраивать представление со всеми вспышками и красками на глазах у великанов даже не уговаривайте.

— Ещё один, — Ялка скривила губы в презрительной усмешке. — Только умничать горазды.