— Остальные свободны. Я вас не трону, — махнул рукой Сашка.

— Шаман, ты что?! — прошипела Ялка, ткнув землянина локтем. — Это же вишары! Давай убьем их!

— Я понимаю, генетическая расовая ненависть вашего племени к черношёрстым как-то передалась и тебе. Видимо, воздушно-капельным путём. Но мне убивать их нет никакого резона. Поверь, я не получаю удовольствия от праздного умерщвления живых существ, особенно разумных.

— Но ведь этим ты поможешь нордунгам! — попыталась убедить Саню девушка.

— И что? Чего это я своими руками должен решать проблемы подземных дикарей? За какие заслуги?

— Ну, ради меня, — задействовала Ялка последний аргумент.

— Глянь, как романтично, — саркастически ухмыльнулся Сашка. — Но устраивать кровавые бани ради дам — не в моих принципах.

Приёмная дочь нордунгов обиженно скривилась. А вишары тем временем определились со своими стремлениями. Небольшой отряд черношёрстых дикарей тихонько, не привлекая к себе внимания спорящих гладкокожих, отступал к тоннелю, из которого давеча объявилась их ранее весёлая, уверенная в себе и более укомплектованная компания. Один из дикарей, удаляясь, лишь рыкнул напоследок себе под нос:

— Всё равно мы победим нордунгов! Колдун поможет нам!

Знал бы он, к чему приведёт сиё невинное и доброжелательное высказывание.

— Стоять! — громогласно рявкнул Шаман, мгновенно прекратив прения с Ялкой.

Вишары в ужасе застыли.

— А с этого места попрошу немного подробней, — уже более спокойно предложил землянин. — Что за колдун?

Сашка смотрел прямо на дикаря, который невзначай ляпнул свои многообещающие угрозы, совершенно не подумав о последствиях. Из общей толпы бедолагу несложно было выделить по недоумевающему виду и бегающим глазёнкам, в которых словно застыл немой вопрос: "а что я такого сказал?" Плюс к этому, все остальные вишары угрюмо сверлили товарища исподлобья хмурыми взорами, будто безмолвным укором осуждали того за длинный, не контролируемый мозгом язык.

— Что за колдун, я спрашиваю? — во второй раз Шаман повторил вопрос уже менее дружелюбно.

Скрывать что-то не имело смысла. Тугие умы воинов догадывались, что гладкокожий убийца владеет способами выбивания правды.

— Тут… приходил один в наше племя, — запинаясь, начал дикарь. — Где-то седмицу назад. Настоящий, могучий. Сперва налетел на стоянку, напугал всех своими чарами, показал, кто главный в округе, а потом успокоился. Просил отвести в древнее поместье. Про него знает лишь наше племя — туда больно хитрый путь. А взамен колдун обещал нам расправиться с нордунгами. Сказал, разнесёт их всех одним взмахом жезла.

— Шаман! — Ялка взволнованно дёрнула Сашку за рукав.

— Погоди, — землянин с лёгким раздражением тряхнул рукой и вновь обратился к вишарам: — И где он сейчас? Отвели в это поместье?

— Угу, — мрачно кивнул дикарь, подозревая неладное. — Только что. Вот — возвращаемся.

— Что ж, тогда — кругом. Ведите и нас. У меня к вашему колдуну дело.

Начавшийся было возмущённый ропот Сашка быстро прервал, многозначительно лязгнув саблями друг о друга.

— Давайте, ребятки, топайте впереди, чтоб все были у меня перед глазами, — Шаман указал кончиком лезвия, что пора уже начинать движение.

Уныло повздыхав, дикари понурили головы, развернулись и медленно поплелись обратно в тоннель. Гладкокожие пошли следом. Шаман, проходя мимо тела поверженного вишара, выдернул свой сюрикен из его лобной кости, отёр с него кровь о густую шерсть мёртвого врага и положил звёздочку в карман. У Ялки с Несом сборы тоже не заняли много времени.