Приговорив остатки ужина, северянин уставился в костёр и прислушался к собственному организму.

— Мало, — наконец, вынес вердикт Нес и мечтательно закатил глаза: — Вот бы сейчас жареных куропаток с печёными овощами, да под квас медовый, да с хрустящей коркой хлеба. Или поросёночка на вертеле, румяного, с картошечкой, с лучком. А ещё лучше карпа…

Тихий шорох из тоннеля заставил северянина отвлечься от кулинарных грёз. Паренёк сглотнул набежавшую от привидевшихся блюд слюну и глянул, что там осмелилось прервать его мысленное наслаждение яствами.

— Смотрите-ка, грохни меня Перун, кого к нам занесло! — восторженно прошептал Нес, глядя на хитрые мордочки двух маленьких серых зверушек, что с опаской выглядывали из-за небольшого валуна вдалеке. — Пещерные соболи! Никак прибежали на запах наших объедков. Надо же, сначала печать сама приходит нам в руки. Теперь — еда. Ух, сейчас угощу вас деликатесом.

Северянин медленно и аккуратно, не отрывая хищного взгляда от зверьков, начал подниматься с места, тихонько вытащил кинжал из-за пояса.

— Может, я? — предложил Шаман, покручивая между пальцами свою металлическую звёздочку.

— Ай, куда тебе! — махнул Нес рукой. — Тут нужна определённая сноровка. С первого раза только спугнёшь. Это тебе не чертей лупить. Мне-то не впервой, так что лучше сиди да не мешайся.

Глядя на серьёзное и сосредоточенное выражение лица друга, Шаман лишь едва заметно усмехнулся.

Паренёк пригнулся к земле, съёжился и спустя мгновение молнией сорвался с места, правда, уже через пару стремительных шагов споткнулся о небольшой корешок и зарылся носом в землю. Казус не охладил охотничий пыл юноши — Нес бодро вскочил на ноги, подтянул штаны и продолжил свой опасный бросок. Соболя с удивлением переглянулись и недоуменно наблюдали за воинственными телодвижениями человека. Лишь когда лютый охотник приблизился на расстояние нескольких шагов, зверьки нехотя развернулись, издевательски махнули северянину хвостами на прощание и вальяжно удалились вглубь коридора шустрыми серебристыми струйками. Нес предпочёл не сдаваться и сломя голову продолжил погоню.

— Как бы чего не случилось, — глядя на удаляющегося молодого человека, произнесла Ялка.

— Да уж, — кивнул Шаман, поднимаясь. — Останемся мы сегодня без деликатесов — это уже точно. Нам бы ещё без Неса не остаться.

— Постой, — остановила землянина девушка. — Сейчас Мара насытится, отправим её. Ох уж этот Нес. Не заблудился бы. А то ведь может случиться: соболя передумают и начнут охоту на него самого. Ты ведь не дашь в обиду нашего друга, правда, Мара?

Купающаяся в лучах фонаря, нанопыль зазвенела, соглашаясь.

— Друга… — задумчиво произнёс Шаман и хмыкнул. — А ведь быстро подружились, учитывая твою ненависть к гладкокожим.

— Так Нес же совсем другой, — пожала плечом Ялка. — Он весёлый, добрый, смешной. И такой… беспомощный. О нём невольно хочется заботиться. Не знаю, наверное, для меня он даже больше, чем друг. Скорее как брат. Младший, глупый, озорной и наивный братишка.

Девушка задумчиво улыбнулась. Сашка не мог утверждать на сто процентов, но ему показалось, будто в тот момент освещённое мягким светом лавы лицо Ялки выглядело чрезвычайно красивым. Шикарный вид плавных изгибов тела девушки, груди, талии, бёдер, завораживающая игра теней и бликов на гладкой коже заставляли Шамана испытывать странные ощущения, сродни прозрению. Он почти увидел то, чего раньше либо не мог оценить, либо попросту не понимал. Словно в тысячный раз человек, наблюдающий чёрный квадрат Малевича, вдруг едва не разглядел в нём истинный скрытый смысл.