Найти Заэля в подземельях было несложно, несмотря на устроенный тут лабиринт. В конце концов, если моя чувствительность кому-то и уступала, то только Айзену, а эту отдающую гнилью реацу сложно с чем-то спутать. С Заэлем мы встретились, когда он выходил из какого-то помещения в главный коридор.

– Заэль-Аппоро Гранц? – холодно окликнул его я, когда он, не заметив меня, начал удаляться по коридору. Арранкар остановился и с удивлением, в котором просматривалась и толика раздражения, на лице, повернулся ко мне. Когда же он меня увидел, удивления стало ещё больше, его глаза расширились, а зрачки, наоборот, сузились.

– Эм… Вы, если не ошибаюсь, Алукард, новый Примера Эспада?

– Да. Гин сказал, что у тебя найдётся парочка гигаев для арранкаров. Я бы хотел их получить.

– Да, найдётся. А можно узнать, зачем вам? – манерно поправив очки, с толикой высокомерия спросил он. Однако какой наглец, ну ладно, это даже интересно.

– Естественно, для походов в мир живых, – и выражение лица, мол, что за глупый вопрос? – Как будто их можно использовать как-то иначе.

– Кхм. Да, конечно, – арранкар, судя по всему, всё-таки вспомнил, кто перед ним, и резко стушевался. – Пойдёмте, я вам выдам мою новейшую модель, – он развернулся и поспешил по этому лабиринту к одному ему известной цели. Войдя в неприметную дверь, мы оказались в тёмной комнате с большим количеством выдвижных из стен ящиков, точь-в-точь американский морг, даже два операционных стола присутствуют. Заэль прошёл к дальней стене и, сверившись с табличками, вытащил один из контейнеров. Внутри лежало тело, бесполое, с отсутствием лица, но всё же мужской комплекции.

– Что с лицом? – безразличным тоном спросил я, внимательно рассматривая гигай.

– Он сам примет очертания вашего лица и фигуры, автоматически. Правда, удобно?

– Очень, – я всё ещё неотрывно смотрел на гигай.

– Может, сейчас наденете? Если что, я смогу провести настройки.

– Конечно, – я развернулся к улыбающемуся арранкару. Он ничего не успел понять, не говоря уже о том, чтобы отреагировать, но уже через секунду Заэль с завыванием рухнул на пол, судорожно зажимая окровавленный обрубок левой руки, под самым плечом. Я подождал, пока вой утихнет, разглядывая оторванную руку, а потом бросил её к нему.

– Ты понял, почему я это сделал? – по-прежнему безразличным и холодным тоном осведомился я.

– Д… д… Да, – с натугой выдавил он.

– Это хорошо, что ты понимаешь. А теперь будь любезен, выдай мне три нормальных гигая, один на меня и два – на моих фракционов.

– К… как скажете. Н… но у меня сейчас нет…

– Вот как? Жаль, очень жаль, – в меня упёрся полный ужаса взгляд первого учёного арранкара. – Впрочем, ты же сможешь их сделать уже к завтрашнему утру, – не спрашивал, а утверждал я. – И раз уж так получилось, то мне нужен гигай, хорошо проводящий реацу, тот, в котором я смогу в полной мере пользоваться своей силой.

– Но это невозможно! Я не успею закончить к утру, мало того, что гигай должен выдержать ваш объём реацу, который ещё надо замерить, так ещё и проводящий, это же совсем другой уровень! – от отчаяния Заэль даже забыл про рану, его глаза горели безумным огнём, а единственная рука экспрессивно жестикулировала во время этого короткого спича, перестав зажимать рану, из которой толчками выливалась кровь.

– Значит, закончишь к послезавтрашнему утру, – небрежно бросил я. – Надеюсь, не стоит говорить, что с тобой будет, если в этих гигаях я обнаружу духовных паразитов? А я обнаружу, можешь не сомневаться, – арранкар побледнел, и явно не от кровопотери.