— Всё в порядке, сейчас восстановлюсь, — махнул рукой и начал подниматься.

Получилось не с первого раза, сначала встал на четвереньки, постоял так, покачался, потом кое-как разогнулся и оперся плечом о стену башни. Ух, вот же приложило… Память услужливо подкинула образы, один ярче другого: как голем покачнулся и начал рассыпаться, как по веревке хлынула Основа, как я выдавил из себя все двадцать единиц, а потом по ощущениям еще столько же, и откуда взялось лишнее, понятия не имею, но по всему телу до сих пор гудит от этого выброса.

Получилось зрелищно, мне даже понравилось, хотя последствия слегка перевешивают удовольствие от процесса.

Задрал голову и посмотрел на верхушку башни. Расчет палит из баллисты, только и успевает заряжать, болты уходят один за другим, и стук тетивы доносится с такой частотой, что парням там некогда даже нос утереть. Староста стоит на перемычке, смотрит куда-то вперед и в мою сторону не глядит. Ну и ладно, взаимно.

Так что же получается, я с башни улетел, приземлился и даже остался относительно жив?

— Тебя староста поймать успел, — усмехнулся усатый, видимо, прочитав вопрос на моем лице. — И теперь недоволен, что пришлось пошевелиться.

Ну надо же, какая честь. Впрочем, и какая ирония, учитывая, что обычно он предпочитает стоять неподвижно и пучить глаза, а тут вон, целого мальчишку в воздухе перехватил. Наверное, неделю теперь будет вспоминать, как пришлось напрячься.

— Ну все, бывай, пацан, на ворота напирают опять! — мужик развернулся, выставил вперед копье и зашагал к частоколу. Через несколько секунд уже тыкал древком между бревнами, и оттуда доносилось злобное рычание и шлепки по дереву.

Весь проем у ворот завален тушами, и кто-то с нашей стороны периодически расчищает завалы баграми и палками, а с той стороны время от времени бьют зеленые разряды от лосей, но гораздо реже, чем раньше. Да и не особо интересно, если честно, ворота по-прежнему стоят, руны работают, а звери в большинстве своем на стену забраться не в состоянии. Копать бесполезно, прыгать высоко многие из них не умеют, и остается им только гибнуть под стрелами, потому что ничего другого эта оборона им не оставляет. Пока сами жилы не придут, разумеется, но это уже отдельный разговор.

Сделал шажок, покачнулся, сделал еще один. Нет, в таком состоянии лезть на стену означает гарантированно свалиться с той стороны, прямо в лапы какой-нибудь обиженной на жизнь твари. Так что пока, пожалуй, хватит подвигов, пришло время поберечь себя и дать организму хотя бы пару часов на восстановление Основы. Без нее я сейчас не строитель и даже не практик, а просто шатающийся по деревне пацан с подгибающимися коленями.

Побрел в сторону своего дома, обходя мужиков с носилками и женщин с корзинами, которые пробегали мимо, не обращая на меня внимания. Правильно делают, у каждого свои заботы, а я свою часть работы на сегодня уже выполнил, и если кто-то считает иначе, пусть сам попробует вогнать голема в землю, а потом поговорим.

Впереди на восточном участке стены поднялся шум, и даже отсюда слышно, как затрещали бревна парапета под чем-то тяжелым. Несколько голосов заорали разом, перекрикивая друг друга, потом кто-то рявкнул отчетливо и зло:

— Тащите фофан! Быстро!

Фофан? Это еще что такое? Мозг попытался подобрать ассоциацию и не нашел ни одной подходящей. Нет, слово-то как раз знакомое, но что именно они этим пытаются назвать? Или это просто чей-то крик от отчаяния, когда ничего умнее в голову не лезет?

Не успел додумать, потому что мимо пронесся здоровый мужик с моей корчелыгой в руках. Длинная гибкая жердь раскачивалась на бегу, а тяжелый набалдашник из железного дерева на конце норовил зашибить кого-нибудь по дороге.